Рыжая Пенни не стала оглядываться, у нее были более насущные проблемы. С топором или без, у нее не было желания разбираться с демонами или мертвецами.

Глава 40

Глава 40

Тиарнах застонал и перенес вес с левой ноги. Что-то в его колене было сломано, два осколка кости скрежетали друг о друга, будто жернова. Мало что в нем еще оставалось целым или работало как положено. Он стоял в зияющей дыре, проделанной им в храме, с мечом в каждой руке, и готовился к своей последней битве.

Многие не способные сражаться горожане неразумно предпочли забаррикадироваться в собственных погребах, вместо того чтобы спрятаться в храме. Из соседних зданий вырывалось пламя, голодные языки перекидывались с крыши на крышу. К храму приближались крики и звон стали. Мимо промчалась визжащая лошадь с горящей гривой.

Рядом по переулку пронесся инквизитор с бритой головой и без шлема и зарубил пару, выбежавшую из своего пылающего дома. Он заметил храм и людей, сгрудившихся внутри языческих стен, а также одинокого измученного стража. На его лице расплылась ухмылка.

Тиарнах обернулся к детям.

– Отойдите-ка от меня подальше, эти красавчики любят брызгаться огнем.

– Кто-нибудь из вас поклоняется Светлейшей? – спросил рыцарь, подходя к их убежищу.

Тиарнах шумно сплюнул комок крови и мокроты.

– Не-а, у Нее слишком маленькие сиськи.

Инквизитор ахнул, и его меч запылал силой Богини.

– Ты сгоришь за это богохульство.

Грудь Тиарнаха омыла волна золотого огня. В пламени не было никакой божественной воли, просто открылась заслонка. И оно лишь сделало Тиарнаха сильнее. Он зевнул и захромал с мечом наготове прямо сквозь поток огня.

– Правда? А когда уже начнет жечь? Скажи-ка, твоя Богиня сосет твой маленький член? Или Ее губы открыты только для меня?

Инквизитор закричал и бросил святую силу ради старого доброго кровавого убийства. Он накинулся на Тиарнаха, яростно размахивая мечом. Тот отклонил удар ценой полосы стали, сбритой с его клинка. Больное колено ударило рыцаря в пах со всей силой бога. Кость треснула еще сильнее, но сталь подалась и прогнулась внутрь.

Тиарнах рассудил, что нога и так сломана, значит, хуже уже не будет. Вот только стало гораздо хуже.

Рыцарь рухнул с сиплым воем, сжимая искалеченный пах. Его поножи заливала кровь.

Тиарнах зашипел от боли и захромал к нему. Он вонзил меч в шею рыцаря и пилил ее, пока тот не затих.

– Да-да, с силой-то, которая может превратить человека в пепел, все храбрые, – проворчал он. – А без нее – хреновый ты боец.