Пенни знала, что инквизиторы сейчас в тылу, где-то в центре города, но у нее не было времени об этом размышлять, прежде чем солдаты обрушились на баррикаду, карабкаясь по ней и вытаскивая из нее разные предметы. Все мысли растворились в безумии битвы.

Рыжая Пенни крушила и резала, топор Амогг отсекал руки и головы. Она сдерживала натиск врага. Никто не мог ее побороть, хотя она была всего лишь смертной женщиной.

Белошвейка справа от нее закричала от раны в живот. Слева лицо ополченки рассекли мечом, и та упала навзничь, пытаясь удержать половину на месте. Деревянных и кожаных доспехов, ржавых кольчуг и шлемов из кастрюль было недостаточно для защиты. Ополчения и горожан было недостаточно для обороны. Они были всего-навсего пахарями и пастухами, пряхами и мастеровыми, а не воинами. Остатки авилданских пиратов были более крепкими, но их было прискорбно мало. Всех ожидала скорая гибель.

Солдат Империи света вскарабкался на баррикаду, спрыгнул и приземлился рядом с Рыжей Пенни. Она повернулась, но слишком медленно, и его губы изогнулись в кровожадной ухмылке.

Баррикада взорвалась, бочки и сломанные телеги взлетели вверх, а из недр земли поднялась стена из твердого камня, перегородив улицу Бондарей.

Единственный имперский солдат охнул и вытаращился на идущую к нему старуху с седыми волосами и тростью. Он ее узнал. И кровь отлила от его лица.

– Я достаточно отдохнула, – сказала Черная Герран, рассматривая свое колдовское кольцо, заляпанное кровью.

Воздух почернел, густые тени схватили солдата когтями, вырвали доспехи и меч из его дергающихся рук. Жидкая тьма поглотила его и затекла обратно в землю под ногами старухи.

Черная Герран охнула и схватилась за грудь, откуда вырывалось сиплое дыхание. Она сжала руку и постучала кулаком по груди, пока не закончился приступ.

– Помогайте, – потребовала она.

Рыжая Пенни и двое других поспешили к ней.

Она сумела перегородить еще три улицы каменными стенами, прежде чем сдалась перед натиском кровавого кашля.

– Хватит. Я – все.

– Именно так, – сказала Мейвен, приблизившись из переулка, в ее руке блестел черный нож, с которого капала кровь. Клинок, казалось, извивался и пульсировал в ладони. – Пора тебе выполнить свою часть сделки. Где моя сестра?

Она повернула татуированное, покрытое шрамами лицо к перепуганным ополченцам.

– Оставьте нас.

Те колебались. Некромантка указала ножом на бородатого пирата, и тот упал замертво как подкошенный, хотя оружие его даже не коснулось. Остальные поняли намек и сбежали, оставив двух магов наедине завершать свои дела.