— Это связано с повышением?

— Рокси, прояви хоть раз чудеса самообладания.

— Ты не можешь так просто взять и…

Не успеваю договорить. В тамбуре, скрывающемся за лифтом, раздается детский плач, прерывающийся на тихие стоны. Сердце тут же пропускает удар, а пальцы непроизвольно сдавливают вальтер. Джейс убирает камеру в рюкзак, закидывает на плечо и хватает меня за локоть. Тащит обратно в ледяную воду. Осторожно спускаемся по лестнице, чтобы не привлечь внимание плеском. Оттуда, где стояли минуту назад, доносится какая-то возня и чавкающие звуки.

Кто-то доедает тело Джонатана.

Не замечаю, что стучу зубами, пока Джейс не одергивает, зашипев, как разбуженная кобра. Пятимся спиной к Птичнику, и брат кивком показывает, чтобы вошла первой. Ныряю в проем, затаив дыхание, и аккуратно проскальзываю на смотровую площадку бункера. Оборачиваюсь посмотреть, где Джейс. Взмахом приказывает идти без него.

— Одна не пойду, — возмущённо жестикулирую.

— Живо, — сверкает глазами, не прекращая целиться в пустоту.

Медленно отступаю, не выпуская брата из вида, но нога предательски подворачивается, и спотыкаюсь обо что-то невидимое в воде. Раздается протяжный скрежет ржавого метала: столкнулась с хлипким ограждением, которое под натиском бедра отваливается и уходит на дно, ударяясь о прутья клетки. Через мгновение слышится глухой удар.

Не успеваю сообразить, что происходит раньше — визг или выстрел, а потом Джейс цепляет за шиворот, подталкивая к выходу из Птичника.

— Шевелись. Быстрее!

— Что там? — от паники голос срывается на писк.

— Ребенок.

— Какой ещё ребенок?!

Несёмся так быстро, что еле успеваю переставлять ноги, а делать это по пояс в воде гораздо сложнее. Несколько раз налетаю на какой-то мусор, больно ударяясь коленками.

— Я все пальца отшибла!

— Серьёзно? Ещё жалуешься?! — восклицает Джейс со всей экспрессией, на какую способен.

— Откуда здесь ребенок?!

— Мне почём знать?!

Добравшись до выхода из Птичника, на миг останавливаемся, чтобы перевести дух. Поднимаю взгляд и замечаю крошечный силуэт, который болтает ручками, плескаясь на поверхности. Торчащая голова напоминает буек, покрытый тиной. Кожа бледная, и на ней, как два черных жучка, сверкают пристально смотрящие глаза.