Пока идём, ловлю себя на мысли, что стараюсь расслышать звуки музыки или шаги оставшихся прикрывать друзей. А ещё вину, которая борется со всем хорошим, за что пытаюсь цепляться.

Меня и моих близких спасла девушка, которую не выносила физически. Девушка, которой в мыслях уже выделила роль приманки в ботаническом саду фактически без сожаления. Теперь же стыд вонзался противными иголками в тело, заставляя морщится каждый раз, когда вспоминаю об этом. Но действительно ли мы враждовали? Когда Марго сорвалась в шахту, я не раздумывала и отправилась вытаскивать, а она держалась за меня так крепко, безусловно веря, что смогу вытащить нас обеих. Когда другие пытались накормить напуганную до смерти девушку транквилизаторами, я поверила, что она справится, и Марго доказала это. И, наконец, Марго бесстрашно прикрывала спины каждого, забывая о страхе в те моменты, когда было необходимо. Вызвалась штопать мне раны, не думая о разногласиях, а это чего-то, да стоит!

Разве буду вспоминать Марго как соперницу? Нет, она навсегда останется в памяти девушкой с белыми волосами и карими глазами, которые ни разу не видели смерти до лепрозория. Девушкой, так любившей жизнь, но отдавшей ее ради спасения других.

И, конечно, близнецы. В голове вихрем проносятся отрывки из прошлого. Пикники, шутки, совместные тренировки и бесконечные разговоры обо всем и ни о чем одновременно. Знакомство, первый подкол и разбор полетов от куратора. Поддержка, забота и невероятная энергия, которыми делились со мной безвозмездно. Все это останется в прошлом, и мне невозможно стыдно за каждую минуту, что потеряли, перестав дружить.

Когда рядом по очереди всхлипывают Блю и Цилла, понимаю, что не одна ушла в паутину рефлексии. Спасибо сознанию, что включилось вовремя, пока не дошла до осмысления потери Кайса. Беру себя в руки и ставлю блок между разумом и чувствами. Или, по крайней мере, пытаюсь.

Окончательно растормошить мозг получается лишь когда слышу громкий топот в конце коридора. Замираем и целимся в темную пустоту, ожидая нападения. Напрягаю слух и зрение, не сводя глаз с мутного стекла автоматических дверей, подсвеченных аварийными лампами.

Кто-то несётся во весь опор, приближаясь с каждой секундой. Медленно пятимся назад. На мгновение вижу тень, промелькнувшую в сумраке и испарившуюся так же быстро. Двери со щелчком распахиваются, но за ними никого. Топот удаляется все дальше, раскатываясь по лепрозорию гулкими стуками.

— Что это было?! — Крис отшатывается к стене.

Никто не отвечает. Остаёмся на месте, поглядывая с опаской на коридорный перекресток.