— А? Да. — Сага сжала переносицу пальцами. — Просто голова болит. Я сегодня не выспалась.

Сталь недоверчиво на неё посмотрела, потом собрала разложенные на столе бумаги с их обсуждениями и, бросив в ведро, подожгла.

— Я, конечно, тот ещё скептик, — сказала она, — и не склонна питать иллюзий, но в данном вопросе очень хочется согласиться с Хидденом: выход есть всегда. И мы делаем всё, чтобы его найти. Отчаиваться ещё рано.

— А я и не отчаиваюсь, — вздохнула Сага.

— Вот и правильно, — кивнула Сталь. — Продолжим наши поиски после обеда.

— Сага! — Хидден поймал её за руку, когда они вышли в коридор. — В чём дело? Я вижу, тебя что-то тревожит.

— Странно, ведь причин тревожиться абсолютно нет, — съязвила Сага.

— Но у тебя явно нашлась ещё одна, о которой я не знаю. — Хидден увлёк её в пустынный боковой коридор, подальше от спешащих на обед сотрудников. — Что случилось? — Он мягко коснулся её щеки и заглянул в до черноты тёмные глаза.

— Ты припёр меня к стенке, — невесело усмехнулась Сага, — причём в прямом смысле.

Она устало прислонилась к стене, и Хидден придвинулся ещё ближе:

— Расскажи мне… Я же чувствую: что-то не так.

Сага помолчала, потупившись. А потом вскинула взгляд, и Хидден впервые увидел в нём столько отчаяния.

— Мне не даёт покоя одна мысль… Всё вертится и вертится, неотвязно, словно дрозофила…

— Что за мысль? — спросил Хидден, предчувствуя дурное.

— Хидден… — Сага вздохнула, словно набираясь храбрости. — Мы встретились благодаря Творецку. Здесь паршиво, чертовски паршиво, но… мы вместе. Мы живы, и мы есть друг у друга. А большего мне, пожалуй, и не нужно. А тебе?

— К чему ты ведёшь, Сага? — ещё больше напрягся Хидден.

— К тому, что это дорогого стоит. И так ли велика цена, которую он требует?

Что-то больное, тревожное заскребло острыми коготками с внутренней стороны его рёбер.

— Цена — служить ему, — предостерегающе произнёс Хидден.

— Да… Кажется, я нашла выход, Хидден. Он не слишком хорош. Но другого я не вижу.