— Стреляли. Теперь официально ты мертв. На тебя напал иностранный шпион и убил. А это — постановка. Рана не смертельная, поправишься за пару дней. Главное, есть свидетели, как тебя без чувств, умирающего отправили в скорой, а скорая — никакая не скорая, а наши ребята под прикрытием. Понял? Рома скончался в карете скорой помощи.

— А кровь?

— Пуля, которую мы извлекли из тебя, прошла едва ли на сантиметр и застряла в мягких тканях, ничего не задев, разве что только поцарапав. Поболит и перестанет. Пьешь-пьешь, а живот не растет, думали — прострелили брюшину. Говорил же, не умеешь пить. А кровь брызнула из баллончика. Кстати, настоящая. Не волнуйся, она не опасна. Хочешь знать, почему ты отключился? Все просто. Снотворное. Ты спал, как младенец. — Как ни в чем не бывало, вещал Иван.

— Ясно. Поэтому и больно не было. Но постойте, рана была сквозной.

— У страха глаза велики. А на счёт боли ты прав. Водички? — Капитан иронизировал.

— Да. — Приподнялся я, выпил, но содержимое вмиг оказалось на полу.

— Эх, как тебя воротит-то. Я же говорил — не переборщи с пивом, а ты не послушался. Из-за этого и побочный эффект такой. Нельзя мешать алкоголь и лекарство.

— Откуда я знал? Предупредили бы хоть.

— Интуиция, Рома. Интуиция. Учись додумывать, ты же работал в полиции.

— Додумывать. Просто нельзя было сказать, так мол и так…

— Нельзя. — Капитан нахмурился и принялся изображать преподавателя. — И стены имеют уши. То, что Мардук вышли на твой след — правда… Скажи спасибо, что пуля оказалась нашей подделкой, а не настоящей.

— Уж спасибо. И так плохо было, так теперь еще хуже. Но, если Роман Медведкин мертв, то кем быть мне?

— Всегда пожалуйста. Теперь пить бросишь может? Да хоть Марией Антуанеттой, как пожелаешь. В наше время медицина творит чудеса. — Посмеялся тот. — Еще водички?

— Не дождетесь. Сами вы — Антуанетты. Можно еще спросить?

— Спрашивай.

— Зачем весь этот цирк с убийством?

— Я же сказал, чем слушал? Америка, а точнее, клан Мардук, вышел на твой след, вот мы и укантропупили тебя понарошку, пока это они не сделали на самом деле. Им нужен ты. Будем откровенны. Началась большая игра.

— Какая игра?

— Не здесь.

— Вот тебе и откровенность. Все только на словах, а на деле — тайны, недомолвки, интриги.