— Это точно. Банковская карта в кармане рубахи, по обыкновению. Как Элизабет?

— Хорошо. Доктор Кофман заверил, что кризис позади. А ему можно верить. Док слов на ветер не бросает, как и все настоящие профи. Это деревенский коновал может разбрасываться обещаниями налево и направо, будто сапожник нецензурной бранью.

— Значит, все позади? — Пусть я и не понимал, кто такие коновалы, но предположил, что так называли плохих врачей.

— Да, на этот раз. Но все может повториться вновь, если мы не узнаем причину. Скоро приедут из Мардук. — Господин Васнецов вынул из внутреннего кармана кителя позолоченную флягу и отпил из нее, подозрительно косясь на меня. — И чему ты так удивлен, Рэт? Да, выпиваю, да, водку. Не люблю я эту мочу, пьешь-пьешь…

— А толку никакого. — Иронично закончил я.

— Точно. А ты, как посмотрю, усвоил урок. — Капитан довольно улыбнулся.

— Еще бы. Вы повторяли его десятки раз, с завидным постоянством, почти при каждой нашей встрече. Спасибо за пиво, кстати.

— Да не за что. Пей на здоровье. — Звучит так же странно, если по правде, как обмани за честность. — Только без фанатизма. Что подумает Элизабет, когда наутро от тебя будет разить перегаром.

— Она уже привыкла. Да и тут немного.

— Ты неисправим, Джонс. Посмотри в холодильнике. Там много, я же знаю тебя, пьянь. И что такая милая девушка нашла в таком алкоголике, как ты? — Речь о трезвости из уст капитана, державшего в руке флягу с водкой, не впечатляла. — Что, небось думаешь, что Васнецов тоже пьет без меры? — Капитан заметил мою злорадную улыбочку.

— Никто из нас не безгрешен.

— Пойдем спать. Сегодня выдался сложный день.

— Ага, особенно у меня. Весь день кровать душил.

— Везет тебе. А я носился, как угорелый. — Капитан рассмеялся. — Знаешь сколько мне лет?

Я отрицательно покачал головой. Откуда мне знать. Телепатией не владею, в разведке не служу. За помощью к колдунам, магам и прочим, на мой взгляд, шарлатанам — не обращался.

— Девяносто три.

— Я ослышался? Сколько?! — Челюсть со звоном упала на пол. Да быть того не может, нет, не больше шестидесяти. — Хм…

Тут мне вспомнились слова девушки-официанта из ресторана грузинской кухни. Она что-то упоминала про ану. Так и есть. Россия тоже использует энергию людей, пожирая их с помощью ану, не иначе. Так я и знал.

— Именно. Через месяц с небольшим стукнет девяносто четыре. Молодо сохранился, правда? — Лицо капитана сделалось серьезным, он замолчал, и, будто для храбрости, сделал глоток горькой. — Не волнуйся, у нас нет красных зон и пушечного мяса. Убивать ни в чем неповинных людей — не наш метод. — Он словно знал, о чем я могу спросить его.