«Эше? Странное имя. Я уж думал, что уже привык к всевозможного рода странностям. Какой интересный костюм, а он точно из Тибета? Больше похож на шамана, не хватало, пожалуй, только бубна для полного антуража». — Красная мантия, пышный головной убор, амулеты и различные безделицы. — «Сказать по правде, не впечатляет. Ну да ладно, не будем судить по одежке».

Вслед за тибетским монахом последовала женщина-переводчик в строгом деловом костюме. — «Вполне резонно, иначе мы бы не смогли понять друг друга. Освоить еще один язык — нет уж, спасибо, тем более за одну ночь». — А ночь я предпочел провести в компании Лиз, безмятежно болтая о далеких звездах, просторах вселенной, галактиках, туманностях, но не за увесистыми учебниками и аудиокнигами. Так что, переводчик будет как нельзя кстати.

— Лама в переводе означает «учитель, духовный наставник». Им может стать каждый человек, в отличие от Далай-ламы — великого ламы и Панчен-ламы. Они перерождаются раз за разом после смерти, как принято считать на Тибете. И, признаюсь, если раньше я не верил в перерождения, то, чем больше узнаю о тайнах мира, тем больше начинаю верить в домовых и оборотней. — Не обошлось, разумеется, без поучений дока.

Элизабет приподнялась с постели, видимо хотела получше рассмотреть диковинного заграничного гостя. Мужчина подошел к ней поближе и пристально посмотрел на нее, словно пытался прочесть мысли. По моей спине невольно прокрался холодок.

Панчен-лама обернулся и принялся монотонно произносить незнакомые слова, видимо говорил на родном языке. Примечательно, лицо мужчины не выражало никаких эмоций, будто он — живая кукла.

— Лама говорит, что девушка напугана. Он не причинит ей вреда. Он поможет. Оставьте его наедине с девушкой. Всем нам необходимо покинуть палату, а когда все кончится — он сам позовет вас. — Женщина-переводчик в тот же миг принялась за работу.

«Вот оно что, он просто говорил, а я уж подумал, ритуал, или как назвать это действо, уже начался».

— Хорошо. Идем. — Выпалил док.

Мы покорно последовали за ним в коридор, где уже нас ожидал Роб.

Дверь закрылась. — «Вновь ожидание, будь оно неладно». — Оставалось только надеяться, что все будет хорошо.

Трудно описать, что я чувствовал в тот момент, но Лиз — ей сейчас было тяжелее во сто крат. И я должен быть сильным ради нее. Поэтому старался сохранять спокойствие, пусть внутри меня все кипело. — «Ведь Элизабет должна видеть во мне опору и поддержку. Иначе, я не смогу защитить ее. Тогда все зря? Нет, Рэт! Нет!» — Подбадривал себя.

Несмотря на то, что дверь была закрыта, но все же до нас доносились отдаленные возгласы монаха или, если память не изменяет, господина Эше. Именно так нам представили ламу.