«Если ты такой поклонник нравственных законов, что же решил просто-напросто красть энергию Солнца? Ведь это приведёт к гибели цивилизации! Или этого ты и добивался?»

– Увы, и я несовершенен, хотя случай с Солнцем – результат промаха. Мой оператор промахнулся, временной канал должен был соединить меня не с вашим две тысячи семьдесят седьмым годом, а с две тысячи двести четвёртым. Это выяснилось позже, и солнечный оператор ошибся, не сразу сообщив об этом.

– Почему в две тысячи двести четвёртый год? – заинтересовалась Флора.

Терентий вспомнил, что она была заброшена на Землю в семьдесят седьмой год из две тысячи двести второго года, в то время как он сам – из две тысячи сто пятидесятого.

– Потому что в две тысячи двести четвёртом году человечество в том виде, в каком оно находилось до этого момента, исчезнет.

В ротонде стало тихо.

Гуляющие по лужайке «призраки» подошли ближе.

– Простите, что я вас огорчил, – пожал плечами посланник Улья. – Я думал, вы знаете.

– Из-за чего мы… – начал Терентий.

– Что случилось?! – перебила его Флора.

– Вспышка на Солнце. В конце две тысячи двести третьего оно резко усилило свечение, а потом… взорвалось, превратилось в новую.

– Причина?!

– Причин не знаю, не интересовался. Это было очень и очень давно.

– Но для нас это ещё… впереди!

Флора посмотрела на Терентия затуманенным взглядом, прикусила губу.

– Мне надо срочно возвращаться…

Он понял, что она имеет в виду возвращение в своё время. Посмотрел на собеседника.

– Я догадывался… что вы бросили хроноканал на сто с лишним лет раньше.

– Не я, оператор, хотя ответственность, конечно, лежит на мне. В ближайшее время я исправлю ситуацию.

– И перебросите канал из нашего времени в две тысячи двести четвертый год? К моменту до вспышки? Или к моменту, когда человечества уже не будет?