Олдрин был пилотом способным и удачливым. Его не сбивали, сам же он записал на личный счёт два «мига». Первым из них и был самолёт старшего лейтенанта Льва Колесникова, врезавшийся в сопку 14 мая 1953 года в «аллее “МиГов”» в нескольких километрах южнее реки Ялуцзян. Теперь это установлено точно. Есть фото, где Олдрин позирует в кабине после этой победы: широченная улыбка, указательный палец правой руки направлен в небо. На фюзеляже – мультяшный пёс Плуто и изображение «мига». Этот бой принёс Олдрину Крест лётных заслуг и досрочное повышение. Вторую победу Баззу записали 7 июня. Неясно, кого именно он тогда поразил: МиГ-15бис старшего лейтенанта Дорохова, который погиб, или капитана Блинова из того же 535-го полка – он был подбит и совершил аварийную посадку. Дело осложняется тем, что на эти победы претендовали сразу несколько американских пилотов. Кроме того, под огонь Олдрина мог попасть кто-то из китайских либо корейских лётчиков.

Первый шаг Олдрина к славе – и к звёздам, к Луне – датирован 8 июня 1953 года, когда журнал Life опубликовал кадры с его фотопулемёта, сделанные 14 мая. На них видно, как из потерявшего управление «мига» выстреливается лётчик. Фото стало «снимком недели», под иллюстрацией написали: «Коммунистический пилот катапультируется из повреждённого “мига”». Кадры фотопулемётов редко бывали настолько чёткими и внятными. Чаще они фиксировали лишь сам факт стрельбы по противнику, а поражение и катапультирование происходили за кадром. Олдрину повезло не только выиграть бой, но и сделать хорошие снимки.

Эти кадры мог бы увидеть Сталин, проживи он несколькими месяцами дольше. Авиаконструктор Яковлев, много общавшийся с вождём в последние годы, писал, что в сталинской приёмной на столе лежали свежие советские и зарубежные издания, включая американский Life.

Если Колесников получил в Америке свои пятнадцать минут славы как безымянный «коммунистический пилот», то об Олдрине говорили все Штаты, его имя было на слуху. В СССР даже Сутягин с Пепеляевым не могли рассчитывать на подобную славу. Вероятно, именно попавшие в Life снимки впоследствии повлияли на отбор Олдрина в лунный экипаж. Значит, в его славе, не зная об этом, невольно поучаствовал Лев Колесников.

Примерно так же много лет назад Чкалов повлиял на судьбу генерала Джорджа Маршалла, о чём тоже никогда не узнал. В 1937 году звёздный экипаж Чкалова, Белякова и Байдукова летел через Северный полюс в США на АНТ-25 – одномоторном самолёте с рекордным размахом крыльев конструкции Туполева. Полёт проходил в сложнейших условиях: обледенение, кислородное голодание… Летели в Окленд, из-за перерасхода топлива пришлось сесть несколько раньше – на аэродром «Пирсон-Филд» в Ванкувере, штат Вашингтон. Эта точка более или менее случайна, могли сесть и в соседнем Портленде. Героев радушно встретил и пригласил в свой дом командир местного гарнизона – пятидесятисемилетний Джордж Кэтлетт Маршалл, участник Первой мировой войны. Его карьера шла туго. Только за год до этого Маршалл получил звание бригадного генерала – по-нашему это даже не совсем генерал, скорее кто-то вроде полковника. Благодаря Чкалову Маршалл, командовавший захолустным гарнизоном и ждавший пенсии, попал на первые полосы всех газет. Чкалов рассказал президенту Рузвельту, как тепло встречал советских гостей генерал Маршалл. Паблисити в Америке – если не всё, то очень многое. Генерала перевели в Вашингтон, он возглавил штаб армии США. Участвовал в Тегеране-43 и Ялте-45, был повышен до генерала армии, награждён, между прочим, и советским орденом Суворова. В 1943-м и 1947-м становился «человеком года» по версии журнала Time. В 1947–1949 годах занимал пост госсекретаря, в 1950–1951-м – министра обороны. Предложил «план Маршалла» – программу восстановления послевоенной Европы и одновременно роста американского влияния. Получил Нобелевскую премию мира… А началось всё с того, что встречный ветер и обледенение съели какой-то лишний центнер бензина у чкаловского АНТ-25. Эта неплановая посадка, вероятно, оказалась самым сильным вмешательством лётчика Чкалова в ход истории. Самолёты Поликарпова испытали бы другие, через полюс бы слетал тот же Громов – да мало ли кто ещё, а вот карьера Маршалла без «фактора Чкалова» могла закончиться в Ванкувере.