– М-м-м, какое уютное место! Так и хочется остаться здесь навсегда, – закрыл глаза от удовольствия герцог.

– Да. Это мой пердак, – с гордостью ответила Изабель.

Почему у меня в голове откладывается вся эта чушь – загадка...

Прохладный душ с головы до ног малость привёл меня в чувства. Кажется, я никогда ещё так быстро не одевалась и не бегала. Хоть в военные иди, честное слово!

Зато чердак оказался вовсе не пыльным и довольно светлым за счёт больших окон и кресел, накрытых белыми хлопковыми чехлами.

Мне можно было надеть платье поприличнее, а не серо-буро-малиновые лохмотья из прошлой жизни, которые я взяла на всякий случай. Увы, возвращаться уже поздно. Скоро верные камердинеры обнаружат мою пропажу и отправятся на поиски.

Я поревела в голос, с душевными завываниями, и уж никак не ожидала, что ко мне на огонёк заглянет сама принцесса Элейн, причём одна, без фрейлин. Видимо, тоже пореветь бедняжке больше негде.

– Ой, я сейчас уйду, – подскочила я, утирая покрасневшие глаза, и сама не заметила, что говорю на роисском.

– Нет-нет, оставайтесь, – с немийским акцентом по-роисски ответила Элейн, которая тоже была заплаканная, как и я. – Это я должна уйти.

Надо же, какая она вежливая! Она определённо мне нравится!

– Пожалуйста, не уходите. У вас глаза на мокром месте. Вы же не хотите, чтобы по дворцу поползли слухи?

Она тяжко вздохнула и опустила взгляд.

– Вы ведь принцесса Элейн?

– Да. К сожалению... – даже заплаканная она выглядела прекрасно, не то что я.

– Извините, если лезу не в своё дело, но что вас так опечалило?

– А вы... кто?

– А я Жупочка. Я здесь тоже гостья, – улыбнулась я.

– Ясно... Вы тоже видели, что случилось в зале?

– Обкуренных гостей? Да. Сила принца, она поистине впечатляющая.

– Он... ужасен! – и Элейн разрыдалась. – Я лучше умру, чем выйду замуж за это чудовище!