– Узнаю руку Гюнтера. Он готовит тарталетки с рукколовым пюре исключительно по праздникам.

– Так, значит, ты знаком с поваром?

– Знаком...

Ага. Значит, Рик служит во дворце. Логично предположить, что его бросили в темницу, потому что он владел какой-то опасной информацией.

– Странно, что во дворце сейчас праздник... – снова высказался он.

– Угу, с похоронной атмосферой! С самого начала было ясно, что что-то пойдёт не так.

– Что за праздник?

– Так свадьба кронпринца же! – я хотела пожурить Рика за неосведомлённость, но вспомнила, что он томится в этой камере уже два месяца, и вряд ли сорока приносит ему на хвосте свежие новости. Хотя... В данный момент новостная сорока – это я.

– Что?! – Рик аж дёрнулся всем телом.

– Ну, да. Но подозреваю, что торжество перенесут, ибо на репетиции свадьбы творилась лютая хрень. И принц, представляешь, прогулял подготовку к свадьбе! Он тупо не явился, хотя на завтраке перед этим сидел с довольной харей.

– Теперь понятно, почему меня не искали. Мне срочно нужно выжить и попасть во дворец. Во что бы то ни стало! – заявил Рик решительно и надрывно задышал, будто только что завершил пробежку.

– Мы вместе выберемся отсюда. Обещаю. Меня будут искать, пока не найдут. Это я знаю точно.

Говорить, что жених у меня – принц, я не стала. Мы с Риком легко и хорошо общаемся. Негоже портить отношения. А то горемычному станет неловко. Я и так его голым задом на ведро усаживаю справить нужду, и ни к чему ему знать, что за ним ухаживает невеста принца. Хорошо хоть не будущая королева...

– Ешь-ешь тарталетку. Тебе нужнее. У меня имеются подкожные стратегические запасы. Последнее время на нервах я лопала, как не в себя. Как знала, что жирок пригодится.

Рик тихонечко рассмеялся.

– Твоему жениху несказанно повезло с тобой. Завидую ему. Впервые встречаю такую девушку. Ты необыкновенная. Настоящая. Искренняя. Жаль, тут темно, и я не вижу твоего лица.

– А вдруг я с перекошенным лицом и горбатая?

– Знаешь, я не из тех, кто падок на блистательных дев, – с горечью в голосе ответил он.

– На страхолюдин падки только извращенцы, – в пику ему высказалась я.

– Я чувствую, что ты красива. Даже если горбата. Горб бы тебя не испортил. Не знаю, как объяснить... Просто чувствую родственную душу и всё тут.