– Знаю! – с гордостью ответила я. – Мои!

– Хм, – усмехнулся он. – Я ценю твоё чувство юмора. Но эти покои не могут быть твоими.

– Я ценю твою осведомлённость, – в тон ему ответила я, – но это всё же мои покои.

– Кто же ты, Жу?

– Ой, да какая разница? – мне тоже стало смешно. – Мы же тут с тобой без титулов и регалий! Два пленника, мечтающих выбраться отсюда.

– И то верно. Знаешь, у меня странное чувство, когда общаюсь с тобой... Такое приятное с грустинкой. Я был подростком, когда мамы не стало, но я помню, как она читала мне сказки. Ты напомнила мне её.

– Сказки – это да! Сказки – это святое...

– Можешь ещё что-нибудь рассказать?

– Могу. О! А хочешь антисказку?

– Это как?

– Очень просто! Сказка наоборот. «Волк и шестеро козлят».

– Уже интересно, – прокомментировал Рик.

– Тогда слушайте, девочки, мальчики, червяки и засохшие мертвяки! Сказка начинается!

И я начала рассказ:

Родилось у волка шестеро козлят. Выпрыгнули они из его брюха, поглядели – нет, не годится этот образина на роль мамки.

Мимо проходила коза с козлёнком. Шестеро козлят как обрадовались, да как запрыгали! И увязались следом.

Коза поохала-поахала: батюшки! Все ведь одинаковые на задок да на передок! Где свой, а где чужие – не разобрать! У всех рожки да ножки!

Делать нечего – пришлось сердобольной козе всех забрать домой.

Волк, сам не свой от горя, увязался следом, в надежде, что козлята одумаются и вернутся к нему. Ходил-ходил, отирался у козлиной двери, даже голос сделал, как у козы – всё бесполезно. Не годится мужик-волк им в мамки, молока с него, как с козла!

Так Волк и ушёл, одинокий и несчастный. Он ещё не знал, на что обрёк бедную козу, мать-одиночку, которая с недавних пор стала многодетной.