После завтрака и краткого прощания они отправились в путь верхом на трех лошадях, погрузив вещи на четвертую. Поначалу подумывали взять повозку, но Гвидион настоял, что главное сейчас – поторопиться. Он очень беспокоился о матери и о безопасности королевства. Они решили выбрать один из самых оживленных торговых трактов, которые, словно паутина, тянулись по всему Тимсдалю, и пересекались в Белленторе. Поэтому к столице они двинулись кратчайшим путем, который при этом оказался прекрасно обустроен. Кроме того, здесь мало кто обращал внимание на четверку путников, даже несмотря на то, что ехать они старались как можно быстрее.

На каждом постоялом дворе, в каждом гостевом домике, где останавливались, они пытались узнать что-нибудь о здоровье королевы и обстановке в Белленторе, но выяснилось, что информация, которой поделилась с ними Гейра, до сих пор не распространилась в остальную часть страны.

– Может, она просто ошиблась, – с надеждой проговорил Гвидион, когда они ужинали после напряженного дня. – Или неверно поняла ситуацию.

Эовин не хотела его напрасно обнадеживать.

– Охотницы – лучшие разведчицы. А тот факт, что о происходящем в столице никто больше не знает, как раз и доказывает, что злоумышленники изо всех сил пытаются скрыть это от народа.

Гвидион уронил голову на руки и вцепился себе в волосы.

Харад успокаивающе погладил его по плечу.

– Королева сильна и еще очень молода. Ей обязательно станет гораздо лучше, как только ты окажешься дома.

– Да, верно. – Гвидион поджал губы. – Выезжаем завтра на рассвете.

Эовин кивнула. Одни и те же слова он говорил каждый вечер.

Голова Эллин тяжело клонилась на плечо Эовин. Долгие поездки совсем измучили малышку, хотя она сидела в седле впереди Эовин и даже временами спала.

Гвидион поднялся и оглядел своих спутников.

– Ну, до завтра.

Эовин виновато покосилась на Харада.

– Надо уложить Эллин в кроватку.

Он разочарованно кивнул. За те несколько дней, что они мчались по стране, у них не получалось толком поговорить, обсудить происходящее между ними. Отчасти из-за того, что этого не позволяла дикая скачка, отчасти потому, что они ехали на значительном расстоянии и просто не услышали бы друг друга.

Впрочем, Эовин не сильно и стремилась к этому разговору, понятия не имея, что именно должна сказать. На данный момент они флиртовали и шутили друг с другом, никак не переступая грань. Переходить ее, рисковать, выводя отношения на новый уровень, она чувствовала себя готовой. До сих пор в ее жизни не оставалось места привязанностям или слабостям. И, учитывая нависшую над ними угрозу, Эовин планировала продолжать в том же духе. Да и привыкла она уже так жить.