– И этот человек еще хочет меня судить… – сквозь кашель усмехнулся Вандей. – Да из тебя самого выйдет прекрасный Верховный дворник, лучше меня! – Он провел пальцами вдоль сломанного носа и зашипел от боли. – Теперь, приятель, ты понял наконец, что мы оба просто фишки в этой игре, жертвы обстоятельств, орудия в руках сил неизмеримо могущественней и мудрее нас?

– Нет, Вандей, ты не жертва! – зловеще произнес комит, приблизившись к нему вплотную. – Даже самые сильные из нас жмурятся от сияния Великого светила, и в этом нет бесчестия! Но никто, даже сам Владыка небесный, не заставит человека стать подлецом и мерзавцем, это всегда его и только его выбор! А ты, Вандей, ты стал мразью, когда убивал Улькеция и смаковал его муки! Ты мог просто играть свою роль, но нет: ты старался, ты импровизировал, срывал овации и выходил на бис! Война помогает человеку раскрыться, и ты предельно откровенно обнажил свою гнилую, ублюдочную сущность! Если бы я понял это тогда, в «Рыбке», клянусь Светом, придушил бы тебя там собственными руками!

Соргий подошел к другу и мягко положил ладонь ему на плечо. Из-за разницы в росте смотрелось это комично.

– Успокойся, Ворик, не надо… Хотя бы сейчас, когда мы, несмотря на жуткие испытания, выпавшие каждому из нас, вновь смогли увидеть друг друга. Я понимаю: гибель солдат, ты ощущаешь свою ответственность за это, но… Даг был с нами с пяти лет, мы росли вместе! Нет, он, конечно, дурак, что ввязался во все это, но я уверен, что у него есть объяснение, почему все так произошло. И если он действительно только орудие в чьих-то руках, в руках Манелия Ронко, то стоит ли так строго судить его?

Вордий до боли сжал челюсти, потом моргнул и резко выпятил подбородок.

– Какой ты добрый, брат, когда дело не касается лично тебя, – произнес он неожиданно тихо, чуть ли не жалостливо. – Я не знал, как правильно сказать тебе… про то, что касается твоих родных. Но, вишь как, оно само и подвернулось…

Соргий резко схватил комита за плечо и потянул вниз, впившись в него взглядом.

– Что ты знаешь?! Говори! – произнес он срывающимся голосом.

– Твой дом… Мы были там в первый же день, как высадились. Я сразу подумал: как там Соргий, а то мало ли что…

– Го-во-ри! – чуть ли не прорычал его маленький друг.

– Дом разгромлен, все убиты, – опустив глаза, выдавил Вордий. – От сестер твоих нашли только платья… со следами крови. Нет, я не говорю, что они мертвы, просто… Многие тела страшно изуродованы и изрублены в куски, так что…

Соргий задрожал и, медленно повернув голову, в упор посмотрел на Вандея.