– Да не я это! – устало протянул он. – Стал бы я тебя громить? Да… а-ай! – Он устало опустился вниз, свернувшись в клубок и закрыв голову руками.

К его удивлению, Соргий не стал его бить, извергая отчаяние и ярость. Пошатываясь, он сделал пару шагов и, соскользнув вдоль стенки, сел рядом.

– Ты не стал бы, – сказал он заплетающимся языком. – Другие… я знаю…

– Это сделали те, кого он из тюрем выпустил! – заорал Вордий, оскалившись. – Те, кому он показал: можно убивать, грабить, насиловать – ничего не будет, они «заслужили», потому что «живут лучше»! А под эту гребенку мочили всех! Они повару твоему лицевые кости в мозг вбили!

На лице Соргия появилась глупая, жалкая улыбка.

– Старина Турвий… Знал бы ты, как изумительно он готовил рыбу… Наверное, ты прав. Но даже если мы убьем Вандея, если мы разорвем его на тысячи маленьких кусочков, как это поможет вернуть моих сестер? Нет, брат, это я виноват во всем. Если бы я не ушел тогда из дома, не бросил бы их…

– Тебя бы убили вместе со всеми!

– Может быть, но тогда я, по крайней мере, не слышал бы сейчас всего этого… Ха-ха, я, наверное, очень слабый человек, да, Ворик?

Комит на миг зажмурился и глубоко вдохнул.

– Прости, – тихо произнес он и отошел к цистерне, в которую, уже почти выплескиваясь за края, тихонько лилась вода.

– Какие вы все чувствительные! – раздался в тишине голос Вандея. – А то, что был вариант получше, в голову не приходило? Если бы ты тогда поверил мне на площади и уехал…

– Да почему я должен бежать из родного города?! – неожиданно схватив его за горло, закричал Соргий. – Почему я должен бросать дом и спасаться, как вор в ночи, если я не сделал ничего плохого?

– Потому что я действительно беспокоился за тебя, – прохрипел Вандей, слабо защищаясь. – Я сам… собирался… переговорить с тобой… тайно… Я послал своих лучших людей… на защиту… твоего особняка… Они опоздали… но убили… всех… грабителей…

– Ты врешь, врешь, сволочь! – брызгая слюной, в отчаянии мотал головой Соргий.

– Нет… Потому что даже если я и злодей, то я… все равно… остаюсь твоим другом!

Резко отпустив его, Соргий обхватил лицо ладонями.

– Я не знаю… не знаю, чему верить! – прошептал он.

Фения, до того молча слушавшая их беседу, на носочках подбежала к нему и, обняв за голову, прижала ее к своей груди.

– Ладно, хорош, а то мы тут все в тряпки половые превратимся! – решительно подвел черту Вордий. – Отдохнули вроде? Пора выбираться отсюда!

Его сугубо практическое указание все встретили на удивление единодушно и начали подниматься. Вдруг за стеной раздались всплески, топот, приглушенные голоса. Петли на двери заскрипели, и она распахнулась.