– Смею вас заверить, энель Стифрано, что мы все очень хотели бы в этом разобраться, – задумчиво проговорил Санери и искоса посмотрел на Уни. Тот тихо зарычал и незамедлительно выдал:

– Да я сто раз уже повторял: не знаю я ни про какие приемы! Понятия не имею, как у меня это получилось!

Он вскочил, нервно прошел пару шагов и столкнулся со вторым послом. Некоторое время они стояли, молча глядя друг на друга. Точнее, Уни смотрел своему визави куда-то в район груди – сказывалась разница в росте. Потом Стифрано аккуратно указал глазами в сторону. Уни, оценив, что от центра к краю высота потолка в их унылой обители понижается, вздохнул и уступил дорогу.

– Может быть, вы в прошлой жизни были великим воином? – осторожно высказал свою версию Богемо. – Капоштийские купцы рассказывают, что унгуру верят в…

– Я молю вас, энель торговый посланник, ради сияния Божественного светила! – хнычущим голосом протянул Нафази. – Тут и так голова раскалывается, а теперь еще и вы со своими нелепыми чужеземными суевериями!

– Ну да, – усмехнулся Аслепи. – Энель Уни тут очень подробно ознакомил нас со своими обширными… хм… теоретическими познаниями в области истории фехтования и оружия вообще. В ходе, ха, то есть нет, вместо ответа на вопрос, где он научился так орудовать вириланским мечом!

– Да сколько можно, достали меня все! – заорал разъяренный переводчик и скрылся в противоположном углу камеры, где в угрюмых позах сгрудились полуживые воины-оппозиционеры. Некоторое время назад Аслепи по неизвестным причинам стал называть его «энель Уни», и адресата это страшно бесило.

– Ладно, отстаньте от него! – устало, но повелительно подвел итог травли Санери. – А вы, энель Стифрано, сядьте лучше и не мелькайте. Энель Нафази прав – у меня тоже голова болит после… не могу даже слов подобрать, что это было.

– А было это форменным нарушением дипломатического протокола, выраженным в грубом и циничном глумлении и издевательстве над посланниками Великого владыки нашего, достославного императора Герандии Кергения! – вскочил от возбуждения Гроки.

– Это повод для войны! – сказал и свое веское слово Богемо.

Сидевший рядом Хардо искоса глянул на него и ухмыльнулся, пригладив усы.

Стифрано сел, но тут же опять вскочил на ноги:

– Не могу! Мне так лучше думается.

– Ну и как, надумали что? – развязанно спросил Аслепи. Он сидел спиной к стене, согнув левую ногу в колене, а правую – вытянув в сторону собеседников.

– Слушай ты, лечила! – вспыхнул второй посол и машинально дернул руку к отсутствующей сейчас рукояти меча. – Ты единственный, кто из нас не дрался, но я сейчас это исправлю!