Она кладет мне руку на плечо. Затем на шею. Ее рука слишком теплая – помимо крови, ее разогревает еще что-то. Другой рукой она опирается на стену, словно пытаясь раздвинуть границы Душегубки. Зеленый свет переполняет меня, освещая каждый уголок моего парализованного тела. Сейчас, когда ему не мешают никакие движения, никакие мои заботы, он окончательно поселяется в моем сознании и получает возможность обратиться напрямую ко мне со всей ясностью.

«Послушай, – говорит он. – Послушай».

«Что? В чем дело?» – спрашиваю я.

«Школа Святой Бернадетты и есть Колодец».

Меня словно волной накрывает осознание. Вот почему захлопнулась за мной дверь Душегубки в тот день прошлой зимой. Вот почему меня нашла колода карт Таро, которую принесла в школу Харриет Эванс. Вот почему, несмотря на свою редкость, в эту школу ходили два сенситива, пусть и с разницей в тридцать лет. И вот почему в наших семьях раньше никого не отправляли в платные школы. Меня ведь и не собирались переводить в школу Святой Бернадетты. Предполагалось, что я пойду в ту же бесплатную школу, в которую ходили мои братья и сестры. Но у меня были такие плохие оценки, что родители испугались – вдруг я совсем ничего не буду понимать в школе покрупнее. Харриет же получила стипендию. Самую первую из тех, что предложила сестра Ассумпта. А что до этого? Была ли и раньше в школе какая-нибудь ученица из сенситивов?

Вот почему сюда устроилась на работу мисс Бэнбери, и не только чтобы находиться рядом со мной.

Хотя, конечно, сейчас она находится очень даже рядом со мной.

Ее пальцы поднимаются по моей шее – такие горячие, как будто это батарейки, которые должны питать какой-то прибор.

– Такой большой потенциал, – повторяет она, и я снова ощущаю себя подгнившим плодом. Сорванным и лежащим на земле в ожидании разложения.

На секунду у меня появляется мысль, что она собирается задушить меня. Что она убьет меня тут же, на месте, положив тем самым конец всему. Может, мне стоило просто согласиться на поездку в Японию? Насколько реальна угроза? Я представляю, как мое обездвиженное тело падает на пол, а она успевает поглотить последний сгусток испущенной мною магии.

Но она меня не душит. Вместо этого она дотрагивается до моих губ, а затем проводит пальцем по зубам.

«Наверное, я не умру прямо сейчас, – проносится мысль в глубине моего сознания. – Возможно, она хочет получить нечто через мое горло».

Подумав о своих зубах, я смотрю на ее зубы, обнаженные в улыбке. Я смутно вспоминаю прочитанную в обратном порядке лекцию про президента Линдона Джонсона. Который родился и умер в одном и том же городе. Может, и меня ожидает такая же участь?