– Да.

– Ро, пришел ли ты сюда с искренними намерениями, чтобы выполнить благое дело?

– Да.

– Манон, пришла ли ты сюда…

Так она опрашивает всех, каждый раз так же серьезно. Кажется, будто реально заметно, как над ее головой грозовым облаком скапливается сила. Нуала была права, уговорив проводить ритуал Фиону. Она не просто отличная актриса. Она великая ведьма. Словно в подтверждение моих слов к ней подлетает сорока с оранжевыми пятнами на белых перьях, садится рядом и внимательно наблюдает, склонив голову набок подобно собаке.

Потом Фиона достает ленту из черного хлопка, и Нуала делает то же самое. Фи аккуратно повязывает лентой мои глаза, снова кашляет и смотрит на зажатый коленом лист бумаги.

– Призываю обратить свой взор внутрь себя и направить свою силу по каналу.

То же самое Нуала повторяет Хэзер, прикрыв ее глаза своей лентой. Я ощущаю еще одну каплю масла на коже. Манон начинает произносить заклинание, наполовину по-английски, наполовину по-французски – своего рода диалог с лежащей без сознания Хэзер Бэнбери. Приказывает ей отказаться от украденной магии. Говорит, что ее простят, как только будет исправлена ошибка. Фиона повторяет призыв, и я повинуюсь ей, заглядываю внутрь себя и прикасаюсь к потоку зеленого света, теплому и искреннему.

– Переключи канал, – снова раздается голос Нуалы, обращающейся к Хэзер. – Верни то, что взяла.

Во мне бурлят разнообразные чувства, поднимаются к моей груди приступом тревоги. Я ощущаю, как расширяются мои легкие, раздвигаются ребра. Я увеличиваюсь, расту изнутри – в меня втекает энергия, украденная у меня и из глубин земли. И на несколько секунд меня захлестывает жизнь Хэзер Бэнбери, или как там ее по-настоящему зовут.

Я вижу маленькую худенькую девочку с вьющимися волосами, у которой произошло заражение крови из-за невылеченных головных вшей.

И я вижу ее в палате детской больницы, одну.

И я вижу ряд специалистов, обменивающихся шутками о том, почему определенным людям до сих пор разрешают иметь детей, и том, как это смешно, когда на собаку нужна лицензия, а на ребенка – нет. На основании чего юная Хэзер делает вывод: «Ты значишь меньше, чем собака».

И даже когда магия стекает из меня в землю, я понимаю, что каждый, кто жаждет власти и силы, когда-то был слабым и беспомощным. Может, Хэзер действительно верит в свои слова о предотвращении гражданской войны до того, как она превратится в геноцид?

А потом видения прекращаются, проходят сквозь меня и уходят в землю под ногами.

– Ты в порядке? – шепчет Фиона, и я понимаю, что слишком часто дышу.