Свернув на Каменноостровский проспект, Игорь увяз в трафике едва ползущих машин. Проверил телефон. Не обнаружив пропущенных вызовов и сообщений, снова попробовал дозвониться коллегам. Никто не отвечал. Им овладели усталость и злость. Он едва не швырнул телефон в окно, но все же волю эмоциям не дал. Спокойно все обдумав, Игорь решил, что так даже лучше – пускай военные разгребают это дерьмо с гниющими на глазах мертвецами и разорванными грудными клетками. Он вспомнил два изолированных бокса, которые вынесли из здания СК люди в защитных костюмах, и на ум стали приходить совсем уж неприятные мысли.
Учитывая произошедшие час назад события, Игорь понимал, что, явись он утром на рабочее место, военные могли бы вынести из здания три бокса. Что произошло с этими людьми и куда их увезли? Отсутствие информации не позволяло ему выработать оптимальное решение. В сложившейся неразберихе больше всего тянуло домой, к семье. Но вдруг он чем-то болен? Принимая во внимание информацию о новом вирусе, который понемногу погружал Петербург в состояние всеобщей паники и только по официальным данным за последние три дня унес жизни более сорока человек, мысли эти не казались такими уж надуманными. Помимо этого, появление вируса совпадало по срокам с первым убийством. Значит, его семья уже как третьи сутки потенциально может быть инфицирована. От этой мысли стало жутко. Из всей сформированной для расследования группы на месте смерти Телефониста он находился дольше всех, но, в отличие от медэксперта, не работал с кучами гнилого мяса и костей, которые остались от людей. Вероятно, за эти дни вирус дал бы о себе знать, и, выходит, опасения по поводу заражения маловероятны. В любом случае специальные войсковые подразделения не появляются в городе беспричинно. Предчувствие подсказывало Игорю, что во всей этой истории самые серьезные неприятности возникли у Кравцова. Игорь включил навигатор и проложил новый маршрут. У него была мысль, где может находиться Андрей, и он не собирался бросать старого товарища в беде.
Глава 19. Дорога домой
Глава 19. Дорога домой
Глаз стража взорвался, извергнув потоки студенистого вещества. Изнутри сквозь него вырвалось покрытое ошметками мозга устройство, имеющее вид иглы высотой с облаченного в тяжелый доспех воителя. Похожий на сдувшийся шар из кожи и вен глаз вывалился из головы и повис на сплетении нервных окончаний. Энэй разрезал его мечом. Кожистая оболочка глаза вместе с иглой упала на землю. Воитель выбрался сквозь кровоточащую глазницу, спрыгнул вниз, измученно прислонился спиной к окованной в камень морде. Вокруг над равниной стлались изорванные клочья Тьмы и тумана. Они полнились воплями и стонами издыхающих чудовищ. Энэй ощущал их. Всех до единого, кроме князя Тьмы. Какофония из глоток безобразных тварей, отсеченные конечности, раздавленные головы, выдранные глотки, бесконечные потоки крови занимали мысли. Казалось, ужасу битвы нет конца. Воитель поднял голову, подставив изуродованное лицо дождю. Жгучие, холодные капли коснулись его ран. Он закрыл уцелевший глаз. Ему хотелось лежать на земле в густой зелени и видеть, как среди бескрайнего синего простора неспешно уходят вдаль облака, озолоченные лучами солнца. Ему хотелось бросить меч и вместо холодного металла ощущать тепло нежной женской руки. Он мечтал быть там, вместе с Майей, слышать ее голос, ее смех, ощущать аромат ее каштановых волос и на мгновение, хотя бы в мечтах прикоснуться к ней…