А учиться надо у того, кто умеет. Мои «десятники-сержанты» и «прилипалы» посменно, парами, продолжают носить хвостик за осликом и ловить открытыми ртами каждое слово, а ладонями навоз из-под ослиного хвоста.

Так вот, шутка над легкомысленным княжичем. Выбравшийся из ямы под заливку опоры крана потный Чижик так присосался к бурдюку с водой, что я даже застыл в лицезрении сего великолепия. А Кочарыш, увидев прищур моих глаз, вежливо поинтересовался:

– Всечь?

– Я придумал шутку лучше! – усмехаюсь я – Начинайте замешивать раствор состава номер семь! Форма для испытания на прочность уже созрела!

Вода из бурдюка потекла по груди Чижика, он замычал, выпучив глаза и вращая ими, не в силах пошевелиться.

– Щиты ставьте! Да живее вы, отродья крокодилов с черепахами! Подпирай! Заливай глиной! Забивай! Давай-давай! Трубку ему в рот вставьте, а то задохнётся! Не дышит? Бывает! Тогда ставьте выпорные, чтобы воздух из формы выдавливало. Да живее, нельзя человеку долго камнем стоять! Шевелись! А то шутка моя нашей трагедией обернётся!

Чижика освободили от остатков одежды, густо намазали салом, закрыли сколоченными из досок щитами, стали забивать разведённой глиной пространство между телом и досками.

– Дудочник, душа поэта! Ты где, интеллигент вшивый? Кот блудливый! Барабан свой здоровый тащи! Усаживать будешь глину и раствор боем барабанным! Пизань, накуй, где? Гля! Хвост ослику крутит! Мамкоёк! Сюда лети! Суши глину! Попробуй мне только Утырка запеки, как утку! Ты будешь тогда Утырком!

– Сам не хочу! Подстрахуй!

– Сам ты куй! Чё бетон? Что вам золы жалко было? Да бегайте же вы живее! Перемешивайте! Мыло тащи! Вот всё ведро и выливай в бочку! Найдём ещё! Бегом! Что вы как беременные утки!

– Как мы бетон таскать будем? Ведрами?

– Гля! Кран нужен! Разберёмся! Но, гля, такого «горниста» упускать было нельзя!

– Глина сухая! – кричит Мамкоёк, утирая пот и кровь из носа. – Эта водоросль камышовая там живая?

– Жив, пока. Кожа у него слезет. Прижёг ты ему…

– Конец?

– Нет, конец нет. А вот обе ягодицы – да.

– Получилось! – взревел Мамкоёк, радуясь получившейся болезненной «дружеской шутке».

– Снимайте эти два щита. Аккуратно, бегемоты!

Утыкаюсь руками и почти утыкаюсь носом в ростовой глиняный кирпич, силой своего странного дара осторожно разрезаю засохшую глину, стараясь не зацепить и не рассечь юношу, заключённого внутри.

– За лекарем послали?