– Они убили ее. Они убили ее и теперь собираются выйти сухими из воды…

Венедикт не дал Роме сесть.

– Это не какое-то уличное убийство, это дела Алой банды. Ты всегда знал, как это бывает у гангстеров. Ты же сам живешь такой жизнью каждый день!

Рома перестал вырываться. Он сделал глубокий вдох, затем еще, и Венедикт вдруг понял, что его кузен пытается наполнить легкие воздухом.

– Она бы никогда этого не сделала, – выдавил он из себя. – Никогда.

Венедикт с усилием сглотнул. Он не мог этого допустить. Ради блага Ромы.

– Город сейчас полон Алых, – медленно проговорил он. – Они что-то замышляют. Ты не можешь отправиться туда и усугубить дело.

Его слова возымели обратный эффект. Он хотел успокоить своего кузена, но вместо этого на горле Ромы вдруг бешено запульсировала жилка. Рома сбросил с себя Венедикта и вскочил на ноги, но Венедикт не собирался сдаваться так легко. Он снова попытался выхватить банку, а когда ему удалось схватить только запястье его кузена, оставил свои попытки отнять у него взрывчатку и вместо этого стал держать его самого, не давая ему открыть двери лаборатории и, промчавшись по зданию, выбежать в ночь.

Рома перестал вырываться и медленно повернулся. Теперь в его безжизненных глазах горели кровожадные огоньки.

– Скажи мне, – проговорил он, – разве ты не искал мести, когда думал, что Маршалл погиб?

Венедикт фыркнул, но тут же понял, что допустил ошибку. Взгляд Ромы стал еще более кровожадным.

– Я никогда не врывался в дом Алых, никогда не совершал безрассудств.

– А может быть, тебе стоило бы их совершить.

– Нет, не стоило. – Венедикт не хотел думать о Маршалле теперь, когда он пытался помешать Роме броситься навстречу верной смерти. – Какой бы от этого был толк?

– Какой толк? – со злостью повторил Рома. – Теперь это уже не имеет значения, не так ли? Он же воскрес!

Рома попытался вырваться, но Венедикт не отпускал его. И тут Рома вдруг свободной рукой выхватил из-за пояса пистолет, но не стал наводить его на Венедикта, а прижал к своему собственному виску.

Венедикт замер, боясь ненароком сделать какое-то резкое движение, из-за которого Рома случайно нажмет на спусковой крючок. В ушах у него шумела кровь.

– Рома, не надо.

– Рома, не глупи, – сказал Лауренс, по-прежнему не сходя с места.

– Пусти меня. Пусти меня, Веня.