– Я – Генри Перес, честное слово, – заверил Генри, приложив для убедительности руку к груди, словно клялся собственным сердцем. – Проверьте мою страницу в «Пангее», там мои старые фотографии. Вы увидите, что я не вру.

Протез Генри соскочил прямо в щель между валами, однако он успел среагировать, и зуб одного из них лишь сорвал часть подошвы с кроссовка. Пока он сражался с собственной ногой, приводя её в нормальное состояние, тощий успел достать телефон и что-то проверить.

– Вроде похож, – произнёс он и пожал плечами. – Но не так, чтобы совсем…

Генри молчаливо наблюдал, как тощий по очереди показывает экран телефона каждому из присутствующих. Там наверняка были фотографии из колледжа и с выпускного или из Диснейленда, куда он ездил с женой. Тогда у него были на месте все конечности и оба глаза.

Последние десять лет жизни, когда он ещё не считался преступником, были самыми счастливыми. Он работал внештатным специалистом по информационной безопасности в нескольких мировых корпорациях, неплохо зарабатывал, часто виделся с друзьями. На любых фотографиях того периода улыбался от уха до уха, сверкая белыми зубами. Сейчас он, должно быть, походил на серую тень.

Чтобы стать похожим на свои старые фотографии, Генри постарался улыбнуться. Это вышло неловко, словно у него свело мышцы лица, получилось выражение человека, принуждённого к улыбке.

– Байка, – заключил тощий, убирая телефон в карман. – Думаю, пацанчик давно заметил своё сходство с известным киберпреступником и сейчас решил, что это отличный способ спастись. Разыграть единственный козырь, который у него остался.

Солдафон ударил Генри по протезу, и тот угодил между валами. Нержавеющая сталь с титаном начала гнуться со скрежетом, но два вала этого даже не заметили. Они начали тянуть Генри вниз, вслед за искорёженным протезом.

В голову ударила целая цистерна всех возможных гормонов, Генри начал цепляться руками за край бортика, а ногой упирался в стенку, но неумолимая сила тянула его вниз. Кажется, он кричал от страха, но даже не замечал этого. Сначала валы зажевали металлическую щиколотку, затем голень и колено, когда они начали подбираться к живой плоти его культи, роторы остановились.

Когда Генри посмотрел по сторонам, то увидел заходящуюся от смеха девушку.

– Видели бы вы его рожу, боже, это гениально! – говорила она, утирая слёзы.

– Вы что, не будете меня убивать? – спросил Генри удивлённо, его голос дрогнул.

– Будем, конечно, просто не так быстро. Надо же растянуть удовольствие от процесса.

Тощий тем временем стал бледнее, чем их главный, с дыркой в черепе: он еле стоял на ногах, словно это его собирались пропустить через шредер.