Старик говорил настолько убедительно, что Генри подумал, будто его и правда вытащат из шредера и отдадут, однако всё не могло закончиться так просто. Санкар Кашьяп отдал приказ убить Генри, и бандиты рискуют попасть в немилость, если не сделают этого.

– А что, если мы не согласимся? – спросил главный.

– Я вооружён, – ответил старик.

– Ты же не думаешь, что мы пришли сюда с голыми руками?

– Я более чем уверен, что пистолет у тебя за спиной засунут за ремень, спрятан под майкой, стоит на предохранителе и первый патрон находится в магазине, а не в патроннике. Пока ты его вытащишь и прицелишься, пройдёт две-три секунды в лучшем случае. Я бы даже сказал пять-шесть. Это слишком долго – я всё сделаю за полторы.

Генри не знал, кто перед ним находится, но надеялся, что старик перестреляет всех четверых. Наверняка человек, желавший вытащить его из дробилки, был не на стороне Кашьяпа.

– А у меня микроволновый излучатель, – произнёс тощий и постучал по круглой выпуклости под рубашкой справа.

– Никто из нас не хочет стрелять сегодня, – продолжил старик. – Я вижу это по вашим глазам. Так что давайте поступим по-умному: скажете своему боссу, что измельчили нашего испанца и пустили его на удобрение, а мы, в свою очередь, гарантируем, что он заляжет на дно и больше ни один человек не услышит его имени. Я нахожу это честной сделкой: никаких выстрелов, никаких жертв, нет никому не нужных проблем. А вы?

– А это правда Генри Перес? – спросил тощий. – Тот самый террорист?

– Правда. И это кое-что говорит о вас и о Санкаре, который перед своим носом не заметил такой куш.

Бандиты начали переглядываться. Как и говорил старик, никто сегодня не хотел устраивать перестрелку, тем более с человеком, который подготовился к ней заранее.

«Что делаем?» – говорили их немые взгляды, обращённые друг к другу.

Только девушка, единственная из всех, не собиралась идти ни на какие сделки.

– Ты думаешь, я буду слушать старого маразматика? – спросила она, потянувшись за пистолетом.

Она даже не успела приподнять розовую футболку, как раздался выстрел и у неё в груди появилась дырка. Она сделала несколько шагов назад и ударилась спиной о шредер. К тому моменту, как девушка достала пистолет, её ноги подкосились, и она упала.

С душераздирающим криком вскочил солдафон в камуфляжных штанах. Он издавал нечленораздельные звуки, словно у него не было языка. Он также потянулся за оружием, но не успел этого сделать: Лукас, высвободившись, лягнул его по яйцам титановой ногой, и того повело. Тощий в удивлении поднял руки вверх, а главный, с проломленной головой, вообще не понял, что произошло. Его реакция была такой медленной, что он не успел отойти от грохота выстрела.