Из слов своих новых товарищей Генри понял, что они пережили те же самые эмоции, через которые прошёл он в своё время. Они так же, как и он, наткнулись на угрозу искусственного разума и ночами не спали, представляя, чем это может закончиться.

– Я вычислил местонахождение основного ядра Франка, – произнёс Генри, когда они подъехали к больнице. – Он уже контролирует весь интернет, каждый компьютер заражён им, с каждым днём становится всё меньше устройств, отключённых от общей сети. Он постепенно объединяет всё под своим контролем. Всю информационную сеть можно считать собственностью Франка, его телом, но непосредственно мозг, тот самый процессор, который мы построили, находится в Антарктиде.

– Почему в Антарктиде? – удивился Лукас.

– Это же компьютер, ему всё равно, где находиться. Ему не нужны ни пляжи с пальмами, ни район с хорошим климатом. Думаю, он перевёз сам себя туда, где его сложнее достать, и всё контролирует оттуда. Чтобы уничтожить его, нужно вырубить тот самый квантовый процессор, который мы создали в Гибралтаре. Без его вычислительной мощи Франк не сможет вскрыть ни одного шифра, и интернет снова вернётся в наши руки. Но это далёкие планы, а пока я хотел бы вытащить своих коллег из его плена и начать со своей подруги – Сибил Тапперт, она находится в этом городе.

– Мы её вытащим, – пообещала Аня, после чего вчетвером они направились в клинику, чтобы дать Генри новую ногу.

Впервые за долгое время Генри почувствовал если не покой, то хотя бы расслабление. Он нашёл людей, которые его понимают и верят его словам. Он больше не одинок в этом мире. Теперь, когда у него есть поддержка, любое препятствие кажется преодолимым. Он чувствовал, что может совершить что угодно, ничто его не остановит.

Посёлок. Фаршированный чернослив

Посёлок. Фаршированный чернослив

Вернувшись домой из больницы, Артур обнаружил удивительное: особняк кишел людьми. Полсотни человек находились внутри и снаружи, они разговаривали, смеялись, играла музыка, это походило на вечеринку, но всё было прилично. Все члены борделя, которых он освободил из рабства, теперь находились в его доме, но они не превратили его в новый бордель, а вполне мирно здесь обитали, словно находились в корпоративном санатории.

В беседке пили чай две женщины и темнокожий парень лет двадцати. Несколько девушек вытащили из подсобной постройки шезлонги и теперь грелись под солнцем рядом с декоративным озерцом. Компания молодых людей играла в карты под тенью японского стиракса. Пожилая женщина танцевала на крыльце, совсем не попадая в такт.