Слишком выгоден для него стал затеянный Грегом спектакль. Посеянный им страх толстяк заполняет верой в себя. Верой, что предназначалась Руссу.

В ярости Грегор ударил второй рукой. Замах, грозящийся смести всех под него попавших, был остановлен одной рукой. Остановлен, и тут же зажат в тиски жесткой хваткой. Трещали сжимаемые ею кости, да только хруст этот заглушался гулом толпы, что громче от слова к слову люди скандировали имя ублюдка.

Простые люди, не видевшие творящихся в подземном городе ужасов, приняли его если не как героя, то как шанс на спасение. Это не первый раз, когда одни попаданцы у трона сменят других. И если сейчас для выживания достаточно раз из раза повторять одно имя, они сделают это. Даже если выбор неверен, сейчас им главное выжить. Так или иначе и этого попаданца однажды сменят другие.

Главное дожить до этого момента.

Орки же…

Оркам было плевать на судьбу жалких людишек и сторону в битве. Не смерть страшит серокожее племя, а бездарная гибель. Толстяк предоставил им хорошую возможность сразиться с врагом, убившим их вождя и обрекшим племя на гибель. О большем они и просить не могли. Покуда в руках воинов есть силы сжимать оружие, они будут сражаться даже без шансов на победу. Под «Граааааа», гремящее эхом из надрываемых глоток, они ринулись в последнюю битву.

Чтобы освободиться из хватки толстяка Грегору пришлось развеять воплощение.

В этот момент с флангов на него накинулись орки. Обученные или нет, но жажда битвы выжигала их изнутри. Она же вела на врага, направляла удары, и помогала сражаться. Без слов и сигналов, они отточенной командой накинулись на окруженного Грега. Покрытые гнилью топоры не блестели в темной ночи, но оркам это нисколечко не мешало. Их верные удары стремились в слабые точки противника. И пока один отряд перерубит противнику ноги, второй снесет голову. От ударов с обоих флангов не защититься без потерь…

Так привыкли считать орки.

Потому к появлению двух огромных валунов, они оказались не готовы. Со звоном их топоры отскочили от камня. И в следующее мгновение запущенные метанием валуны раскидали орков по сторонам.

Выпущенная мной рука помощи даже не пригодилась Грегу, чтобы разобраться с этой мелочью.

В отличие от толстяка.

Он не стал любезно дожидаться в сторонке, пока с остальными будет покончено. Его рука уже занесена для удара.

В памяти тут же всплыло мое избиение. Будь Грегор хоть в десять раз крепче меня, толстяк сделает из него отбивную парой ударов.

Что же с этой угрозой я смогу разобраться старой доброй кислотой. Перед жидкостью легендарного ранга все равны. Едва моя кисть пролетит мимо Грегора, как из открытого ей инвентаря вырвется кислотный поток.