– Ладно. Сиди… человек. Не трону, – миролюбиво произнёс Младший и показал руки.

Убыр перестал скалиться, уселся ровно, снова потеряв интерес к Саше. Подумаешь, чужак.

Вроде странный лохматый тип успокоился.

Понимает ли он речь? В любом случае, нельзя делать резких движений, нельзя провоцировать. Говорили же про их сверхъестественную быстроту и силу. Хотя это могли быть враки из серии «у страха глаза велики».

Есть нож, на боку в чехле. На крайний случай.

Но Младший почему-то вспомнил не про кровожадных упырей, а про своего блаженного дядю. Да, тот более разумен. Но Гоша жил с людьми, его никто не выгонял. Что, если они не такие уж звери?

Ух, как шибает в нос вонизм! Мылся бы ты хоть иногда, мил человек. Хотя кто бы говорил. Просто один из них скитался гораздо дольше.

Их разделяло два метра.

Пришелец бормотал что-то под нос. А ещё начал слегка раскачиваться. Как маятник.

Дядя Паша рассказывал про взгляд убыров. Мол, многие от него сами такими делались. Не смотреть в эти глаза, пустые и одновременно бездонные…

Чепуха. Уже смотрел, и ничего не случилось. Обычные человеческие глаза. Чушь это всё и легенды. Глаза человеческие, сероватые, один с красным пятном, будто лопнула часть сосудов. Но вот если искра интеллекта в них и теплилась, то на уровне пса или кота. Хотя и здоровым-то в глаза смотреть бывает очень неприятно.

И всё равно с ним можно найти контакт, подумал Сашка.

Вспомнил, чему учила бабушка.

«Ты был как я. Я стану как ты. Не стой на пути, дай мне пройти», – говорить лишённым тела, если они тревожат.

«Ты мудрый, а я дурак. Ты видишь, а я никак», – говорить потерявшим разум.

Произносить про себя, молча. И тогда ни те, ни другие не тронут.

Интересно, она сама эти заговоры придумала?

Ерунда. Он не верил в магию, проклятья, присказки, заговоры и наговоры. Есть только психология… и физиология. Правила работы организма и то, что бывает, когда происходит сбой.