Боль полыхнула в ноге.

Ослепила.

Ничего не видя, она заставила себя дышать.

Дакрас многому успела ее научить. В том числе, как забыть даже о страшной боли. Зрение прояснялось, и Шерон первым делом вернула рассыпавшийся купол над тем местом, где находился ее отряд. Стрелы сразу же перестали падать.

У лошади в шее торчало почти два ярда сломанного, полосатого, украшенного серо-голубыми флажками наконечника копья. Она все еще была жива, дергалась.

— Госпожа! Госпожа! Сейчас! — Серро и два гвардейца склонились над ней. — Сейчас! Мы постараемся сдвинуть!

— Добейте лошадь!

— Что?!

— Добейте! — ее глаза стали белыми, растеряв все человеческое.

Как только животное погибло, Шерон подняла его, тут же покосилась на освобожденную ногу, цокнула языком, отмечая весь ужас происходящего. Сломана по меньшей мере в двух местах, выгнута под совершенно неестественным углом и бедренная кость, пробив плоть, торчит наружу.

Ей хватило несколько секунд, чтобы оценить обстановку. Бой кипел вокруг, она была центром этой схватки. Ее закрывали щитами шестеро спешившихся гвардейцев. Остальные дрались в седлах, пытаясь сдержать натиск.

Люди умирали. И из ее охраны, и из тех, кто напал на них. Она бросила в бой поднятую лошадь, чудовище с волчьими зубами. Та вцепилась в шею вражеского коня, вырвав огромный кусок мяса и ревя совершенно не по-лошадиному.

Женщина бросила в воздух игральные кости, те вспыхнули двумя белыми звездочками, начали описывать круги вокруг нее. Один из вражеских рыцарей, заметив раненую и охрану вокруг, двинул коня вперед, занес копье для удара.

Ближайший спешившийся гвардеец тут же встал у него на пути, закрывая Шерон щитом, но удара не последовало. Кубики из костей взятого в даирате черепа, влетели в нагрудник рыцаря, прожгли его насквозь и полыхнули белым огнем, который вырвался из всех щелей брони, включая опущенное забрало.

Указывающая «подхватила» погибшего в момент, когда тот падал с седла, заставила встать и вступить в бой на ее стороне. А затем подняла еще нескольких. Врагов, а не своих, ибо помнила обещание, которое дала людям, что теперь сражались под ее знаменем.

Шестерых, а потом еще шестерых. Эти двенадцать мертвых воинов внесли еще больший хаос в драку.

Мертвые подставлялись под мечи и копья своих же товарищей, мешали им, вцеплялись в ноги животных, валили их на землю, обеспечивая людям де Ремиджио преимущество.

Игральные кости убили еще одного, сообразившего, что происходит, и попытавшегося добраться до опасной женщины. Шерон и его отправила в бой, а затем и всех погибших лошадей в округе.