Та скромно пожала плечами:

— Любой бы догадался.

— О чем вы? — спросила Младшая.

— Ты связана с той стороной. — Милта интересовали только облака. — Когда дверь будет открыта, твой дар проснется. Ты сможешь управлять смертью. А потому не должна умирать.

Мерк остолбенела. Она, слишком потрясенная тем, что узнала, даже не думала о таком. О подобном. О мечте, которая внезапно обрела реальность. Но цена за нее…

— Ты — наш шанс, — подтвердила Мали. — Шанс для того, кто умрет. Ты можешь вернуть его назад.

Моратан присвистнул, и Мерк почудилось в его взгляде уважение.

— Беспроигрышный вариант.

— Ну, тогда вперед, — усмехнулся Миерон. — У Милта острый нож, у Моратана меч. Они сделают дело. Раз ты готов.

— Ты против этой затеи, муж? — Мали повернулась к нему.

— Да.

— Мири видела…

Он отмахнулся от этих слов:

— Я не доверяю видениям сестры. Они нередко ложны, потому что она видит лишь часть нитей. Вся правда видений будет ей доступна лишь с нитями той стороны. После открытия двери. Но не раньше.

— Ты считаешь, что я делаю это ради своей выгоды, брат? — спокойно спросила Мири.

— Нет. — Он посмотрел ей в глаза. — Я так не считаю. Если бы это предложила Мерк, возможно, я и искал бы подоплеку в её действиях. Она могла к такому стремиться, чтобы наконец-то получить дар, стать как мы все. Но ты — нет. Говорю лишь о том, что твои видения часто бывают неточны, а наш риск велик. Так что я против.

— И я, — сказал Милт. — Во всяком случае сейчас. Вот так. Второпях. Надо действовать наверняка.

— У нас нет времени. Асторэ на пороге решения, — напомнил Мальт, начавший сердиться. — Хорошо. Я готов. Убейте меня.

Миерон снова усмехнулся, взял лютню, подумал, но играть не стал.

— Нет. Не ты.