Гефест продолжал изучать сообщение Зевса, после чего презрительно хмыкнул.
– Это весь план? – затем неверяще спросил меня он. – И ты на это согласилась? Ты что, не в своем уме?
Почему все вечно до меня докапывались? Я сделала глубокий вдох. Если нахамлю Гефесту, это нас никуда не приведет. Он меньше всех в этом виноват.
– Ты нам поможешь?
Он проворчал что-то неразборчивое.
– Как твоя татуировка? Уже раскрыла свою полную силу?
Что он подразумевал под полной силой?
– У меня такое ощущение, что она разрастается. – Неужели когда-нибудь она окажется способна на большее, чем щит?
Гефест отпил глоток и отставил чашку.
– Повернись и покажи-ка мне ее.
Когда я подняла футболку, бог резко втянул в себя воздух.
– Нет. Еще ни разу, – признался кузнец. – Поразительно.
– Что? – занервничала я. В своем мире я лишь чувствовала татуировку, но не видела.
– Сама посмотри, – предложил мне Гефест, дотронувшись пальцем до моего бока.
Я задрала футболку повыше и вдруг увидела. Мою кожу покрывали серебряные лозы. Они разрослись со спины на бока и перешли на живот. И даже скрывались под поясом брюк. Маленькие цветочки распускались, как будто татуировка жила своей собственной жизнью. Слегка жутковато, но невероятно красиво.