Отступаю на полшага, изображаю на лице недоумение.

— Доча, ты явно не в маму. Если не считать некоторых эксцессов, связанных с нападением на представительниц иных рас, она вполне приличная женщина. Вот только не говори мне, что твой противный характер в меня!

— А в кого?! В князя Эрраде?

Складываю руки на груди, внимательно ее оглядываю. Решение я уже принял, но пока не готов его озвучить.

— Не, ну я бы знал. И вообще, твоя мать не в его вкусе. Он извращенец. Ему нравятся рыжие костлявые чудовища, громко вопящие по поводу и без.

— Вальдорчик, лапа моя, не меня ли ты обозвал крикливым костлявым чудовищем?

Ну конечно, я — наивный дурень, решивший, что могу поговорить с дочерью без свидетелей.

— Дуся, здравствуй! — восклицает Иоханна, радостно улыбаясь.

— Погоди, дорогая, — заявляет Дуська, вплотную приближаясь ко мне и возмущенно глядя снизу вверх своими большими странными глазами. Вот сколько лет ее знаю, не перестаю удивляться. Надо же! Один голубой, а другой желтый, — я тут у папеньки твоего не все выяснила. Так чудовище — это я?

— Ага, — ухмыляюсь я, — зловредная ведьма с тапком.

— А по морде? — осведомляется княгиня.

— И чему ты учишь подрастающее поколение?

— Это Ханна твоя — подрастающее поколение? Не смеши меня, мыш, да она сама кого угодно чему угодно научит.

Княгиня поворачивается к Ханне и с преувеличенно серьезным видом заявляет:

— Я вот думаю, давай я Вальдора в рыбку превращу. Пустим его к Гудриду с Таурисаром. Они там, наверное, скучают. Он им, как это, досуг скрасит. Всеми возможными способами.

— Не хочу я в рыбку! И вообще я сторонник межполовых сексуальных отношений! — восклицаю я.

— А я тебя в рыбку-девочку превращу, — радостно обещает это чудище.

Ханна слегка краснеет.

— А что? — добавляет Дульсинея, — Ханна, тогда ты точно останешься королевой. Будешь его иногда подкармливать. Червяками. Он же у нас мясо любит.

— Не надо меня кормить червяками! И вообще, Ханна и так останется королевой.