— Ошибся. Прошу прощения, — быстро проговариваю я, наливая в предназначенный для вина бокал холодную водку.

— А ты что же? — интересуется Горнорыл.

— И я, конечно, буду.

Вот себя я винцом порадую. И даже внимание на пренебрежение на лице гнома обращать не буду. Не люблю я их отраву! Изредка использую. В стратегических целях.

Слышу цоканье копыт за дверями. Ага, Иксиончик.

— Звали? — интересуется он, радостно скалясь.

— Звал, — с готовностью подтверждаю я, — что будешь пить?

— Водку он будет пить, — тут же встревает гном, — потому что он мужчина.

Хм, это камень в мой огород? Ничего, я сегодня добрый и терпеливый. Вынесу и это.

— А Вы что пьете? — интересуется кентавр.

— Вино. Зулкибарское.

— А Кентаврийского нет?

— Откуда оно у меня? Вы же его на экспорт не поставляете.

Иксион кивает с серьезным видом и сообщает:

— Начнем. Ну, тогда водку. Ваше зулкибарское вкусное, конечно, только очень уж слабенькое.

Не успеваю наполнить бокал, как в кабинет влетают взъерошенные Терин и Мерлин.

Терин, несмотря на несвойственную ему порывистость движений, сохраняет на физиономии маску высокомерия, Мерлин же, напротив, судя по всему, готов метать громы и молнии. Лицо у него красное, глаза вытаращены, а ноздри раздуваются.

— Выясняли отношения? — интересуюсь я и лью им в бокалы водку. Магам явно необходимо расслабиться.

— Нет! — рычат хором и демонстративно рассаживаются по разные стороны стола.

Тут же в помещении возникает Кардагол. На его физиономии мечтательная улыбка. И двигается он к столу как-то по-кошачьи плавно.