— Я в отношении Ллиувердан даже представить подобное не могу, — вдруг с тихой печалью в голосе проговаривает Кардагол.

— Я вот хотел спросить, — интересуюсь я, — а зачем она тебе вообще нужна? Тебе было плохо с фрейлинами?

— А это не твое дело, Вальдор, — заявляет Повелитель времени. Лицо его мрачнеет.

— А мне тоже интересно, — вмешивается Терин, — по сравнению с ней даже моя Дуська золото — а не женщина.

— А ты Терин — вообще получаешь удовольствие от страданий, как я погляжу, — басит гном.

Князь мгновенно напрягается, но тут же на его лице появляется озорная ухмылка.

— Ага, — говорит он, — в этом есть своя прелесть. Особенно когда хлыстом по морде. Горнорыл, ты попробуй. Вдруг понравится? Хочешь, я тебе это прямо сейчас организую?

Горнорыл поднимает вверх палец и машет им перед лицом князя.

— Но-но! Ты мне тут не хулигань. И вообще, не смог нормальную жену в свое время выбрать, как мы с Вальдором, так нечего теперь завидовать.

— Зато мне с ней не скучно! — парирует Терин.

— Нам с ней тоже не скучно, — произношу я, — но это не повод для того, чтобы на ней жениться.

— Знаешь, что! — фыркает Терин, — Ты в свое время был очень близок к этому!

— Да, — говорю, — но мне удалось избавиться от этого счастья. И вообще, друзья, вы что-то мало пьете. Кстати, Кардагол, твоя драконица в постели хоть хороша?

— Умопомрачительна, — вздыхает маг.

Замираем, пытаясь себе это представить.

— Моя тоже ничего, — вдруг грустно произносит Иксион, — особенно, если я на ее месте представляю Вальдора.

Давлюсь вином, откашливаюсь. С ужасом смотрю на кентавра. А у самого перед глазами картина, страшнее не придумаешь. Стою, согнувшись, над столом. А надо мною конь этот. Со стразами на копытах.

— Я бы на это посмотрел, — задумчиво проговаривает Терин.

— Это — извращение! — выкрикивает Мерлин и бьет ладонью по столу.

— Любопытное было бы зрелище, — с улыбкой, ласково поглаживая пальцами бокал, произносит Кардагол.