— Я себя контролирую, а без моей воли такой фигни не случится, — уверенно заявил я. — Я же тебе не наркот безвольный, а целый лич! Один раз, а больше ни-ни!
— Как скажете, — кивнул министр моей экономики.
— Всё, приём окончен, — встал я из-за стола. — Леви, дай мне два десятка бойцов, пойду в народ!
—… а я ему говорю — ты с ними лучше не шути, — продолжал Георгий. — Он, может и немёртвый, но они очень хорошо соображают, понимают, когда над ними смеются.
— И что потом? — настороженно поинтересовался Лука.
— Этот неподвижный стражник перевёл взгляд на меня и улыбнулся, — ответил Георгий, после чего перекрестился, достал нательный крест и поцеловал его. — Я чуть в штаны не напрудил.
— М-да… — изрёк Лука. — А чего хотел-то он?
— Да если бы я знал, — пожал плечами Георгий. — Он после этого из города сбежал.
— Ты прав, шутки с ними лучше не… — заговорил Лука.
В этот момент дверь таверны с грохотом распахнулась и через порог переступил тот, чьё лицо можно увидеть на каждом магическом артефакте, что днями и ночами показывают всякое. Лич, владыка этого города и окрестных земель.
— Доброго вечера, дорогие мои сограждане! — воскликнул лич и прошёл к новомодной стойке, за которой замер тавернщик Борис.
— Э-э-эм… Э-э-эм… Чего изволите? — сумел издать тавернщик.
Лысина его запотела, второй подбородок мелко дрожал, а выражение лица было как у невинно осужденного на казнь.
— Вина мне креплёного! — с добродушной улыбкой заказал лич. — И поесть чего-нибудь — работаю и работаю, днями и ночами, даже перекусить некогда!
Георгий, как и все остальные посетители таверны «Пузатый бочонок», смотрел на это действо с выпученными глазами.