Люпан стоял.

— Да падай ты! — слабым голосом крикнул Григорий. — Падай, сволочь!

Он не падал.

Я не беспокоился. Новый он Император или нет, — пуля в голову убьет кого угодно.

Призрак в пылающей чаще разочарованно вздохнул. «Ты подвел меня, подвел нас всех» — прошипел раскаленный воздух. Я бесцельно уставился в огонь, поведя отвисшей челюстью. Необъяснимо знакомый силуэт, — черный на оранжевом, — поднял бесплотную копию Лефрановского клевца и вознесся. Улетел в воздух вместе с искрами.

— И предатель, — внятно произнес Люпан.

И только тогда. Только тогда Щит Побережья выронил молот и с грохотом рухнул на землю.

Мерелин, лежащая в толще воды, как в облаке — улыбнулась. Ее сны сбывалось в точности. Никто не может изменить судьбу. А те, кто будет пытаться, лишь ускорят неизбежное. Отдаленное будущее стало темнее, и в нем не было ни следа Люпана Лефрана.

Быки приподняли головы.

А потом снова задремали.

Славские стрельцы прижимали пехоту франков, пока готские джагернауты в самодельных серводоспехах раскатывали их тонким слоем по брусчатке. С обоих сторон подтягивались и другие гарнизоны. Коридор сужался все быстрее.

— Где сеньор?

— Держать строй!

— Что говорит цитадель?

На улицу выехал древний тенебрийский танк. Под него, с отчаянным криком бросился франкский пехотинец со связкой гранат. Совсем мальчишка, он знал, что их кавалерию уже пустили на металлолом и обменивал жизнь на пару лишних мгновений для Лефрана.

Танк вздрогнул и застыл.

— Мартен приказывает держаться! Что-то случилось с Люпаном!