– А если окажемся позже, то твоему другу не повезло, – пожал плечами Боцман. – А мы возьмём с тебя только четверть оговорённой суммы – за беспокойство.

Отказываться от разработанного плана он не собирался, и Занди понял, что спорить бессмысленно. С другой стороны, плату наёмникам предложили очень щедрую, так что они сделают всё, чтобы перехватить кортеж фага.

Наёмников было восемь, по словам старика – «достаточно, чтобы решить проблему», и их спокойная уверенность, не демонстративная, а естественная юноше нравилась. Но был вопрос, который его беспокоил:

– А вдруг они убьют моего отца?

– Вряд ли у них есть такой приказ, – подумав, ответил Боцман. – За него заплатили сто тысяч золотом и приказали даже пальцем не трогать, так что, скорее всего, они будут защищать добычу до последней возможности. – Он понял, что Занди волнуется, ему это понравилось, и потому добавил: – Мы постараемся, чтобы этого не произошло.

– Постараетесь или сделаете?

– Не слишком ли ты нахален для своего возраста?

– Мне нужен результат, – твёрдо ответил юноша, глядя Боцману в глаза. – Только один результат, никакого другого.

И этот ответ наёмнику тоже пришёлся по душе:

– Не волнуйся, парень, за тебя крепко сказали, так что мы очень постараемся вытащить твоего отца целым и невредимым. Но ты сам заказал стрельбу, а когда летят пули – случиться может всякое.

* * *

То ли мягкий климат сыграл свою роль, то ли траймонгорцы не умели – или не хотели – делать плохо, но дорога, по которой Бабарского везли из Шикадури, оказалась ровной и не пыльной. Последнее обстоятельство позволило им ехать с открытыми окнами и не страдать от удушливой жары. Но была и ложка дёгтя: похитители разговорчивостью не отличались, на вопросы отвечали односложно, сказав, правда, что везут его в столицу Стремления Харо, и разговорить их Бабарскому удалось лишь через несколько часов, когда однообразная дорога заставила заскучать даже вымуштрованных солдат.

– Между Стремлениями есть границы?

Некоторое время фага молчали, а затем Военный обернулся и ухмыльнулся:

– А ты совсем не боишься, да? Не в первый раз похищают?

– Не в первый раз приходится вести сложные дела, – ответил ИХ.

– Ты так это называешь?

– А как ещё это называть?

– Пожалуй, да, это сложное дело, – после короткого размышления согласился Военный. И с одобрением добавил: – Ты силён, Круглый. А по виду не скажешь.

Бабарский пропустил похвалу мимо ушей и вернулся к интересующему его вопросу: