«Пытливый амуш» совершил парадный облёт столицы Стремления Харо, после чего завис над дворцом Харо – здания траймонгорцы возводили красивые, а вот с названиями особенно не заморачивались – снизился до высоты «корзины грешника», на которой Аксель и спустился на землю. На большую лужайку дворцового парка, на которой выстроилась рота почётного караула – разряженные в цвета Харо гвардейцы и оркестр, который заиграл в тот самый момент, когда «корзина» пришла в движение, и не останавливался до тех пор, пока Аксель не ступил на траву. Так что первыми звуками, услышанными Крачиным на Траймонго, стала бравурная, согласно официальной версии – героическая, какофония местного гимна.

Впрочем, Акселю доводилось проходить и не через такие испытания.

Он остановился у «корзины», вежливо дослушал гимн, правда, невнимательно, одёрнул рукав капитан-лейтенантского парадного мундира – не постеснялся надеть, поскольку на Траймонго вряд ли разбирались в знаках различия Астрологического флота, подошёл к ожидающим его сенаторам, вытянулся по стойке «смирно» и с достоинством представился:

– Аксель Крачин, капитан исследовательского рейдера «Пытливый амуш», Астрологический флот, Герметикон.

Помимо сенаторов, их свиты и военных на лужайке присутствовали несколько репортёров, которые торопливо зачеркали в блокнотах. А стоящий справа церемониймейстер громко объявил:

– Почтенный и почитаемый Габрис Тичи, сенатор Харо. – Хозяин дворца важно кивнул.

– Почтенный и почитаемый Наамар Киза, сенатор Фага. – Наамар своё приветствие едва обозначил.

– Мы рады приветствовать вас на Траймонго, капитан, – на правах хозяина, продолжил встречу Габрис. – Не хотите ли обратиться к народу?

Сенаторы не планировали затягивать официальную часть: и Наамару, и Габрису нетерпелось начать переговоры за закрытыми дверями.

– С радостью. – Крачину не доставляло удовольствия торчать на поляне, чувствуя на себе любопытные взгляды десятков аборигенов и «всего Траймонго», поэтому он чуть повернулся к журналистам и громко произнёс: – Уважаемые траймонгорцы! Я, капитан Аксель Крачин, приветствую вас от лица всего Герметикона, от множества планет, населённых людьми, от лица ваших братьев и ваших предков. Я рад сообщить, что больше вы не одни, что ваш мир стал намного больше, чем одна планета. Я пришёл сообщить, что вам открылись звёзды. Добро пожаловать домой, Траймонго. Добро пожаловать в огромную семью человечества.

И никто не подумал, что текст несчастный Аксель зубрил весь последний час под строгим надзором Киры и Дорофеева.

– Вот и хорошо. – Краткость торжественной речи Наамара весьма порадовала. – А теперь давайте пройдём за стол, так сказать, переговоров.