И Дорофеев неожиданно вспомнил, как несколько лет назад Помпилио вытащил Галилея из психиатрической лечебницы и назначил своим астрологом. Все говорили, что дер Даген Тур сильно рискует, а он, оказывается, предвидел…

Предвидел?

Или ему просто повезло?

– Но я прошу ни с кем не делиться этой информацией. – Квадрига жалко улыбнулся. – Я не хочу становиться подопытным животным для учёных и ведьм.

– Здесь находятся люди, которым я абсолютно доверяю, – медленно и очень веско ответил Помпилио. – Включая тебя. И мы все тебе доверяем.

– А я доверяю вам.

– Ты останешься моим астрологом.

– Да, мессер, спасибо…

– Но теперь давай вернёмся к вопросу, с которого всё началось: чему ты научился?

– Что вас интересует?

– Твои способности могут спасти планету?

На этот раз Квадрига над ответом не задумался. То ли был готов к вопросу, то ли его новые знания позволяли ответить с ходу.

– Есть один довольно опасный план, мессер. Мы встанем в точку удара и запустим астринг. Я направлю его на местное солнце, поскольку оно даже не заметит, что в него влетел булыжник. Если мы всё сделаем правильно, я запущу астринг вовремя, а вы, капитан, сможете с величайшей точностью исполнить манёвры, которые я стану требовать, мы… Я надеюсь, что мы сумеем заменить «Пытливый амуш» астероидом. «Окно перехода» примет каменюку и захлопнется, а мы останемся здесь.

– А если астероид прилетит в другое место? – поинтересовалась Кира.

– Я успею перенаправить астринг, и мы прыгнем на Калпан.

– А если астероид не втянется в «окно»?

– В этом случае мы станем его первыми жертвами, адира.

– А если нас втянет в «окно», то местное солнце даже не заметит, что вместе с булыжником прилетел «Пытливый амуш», – усмехнулся дер Даген Тур.

– Именно так, мессер.

В кают-компании вновь установилась тишина, только на этот раз размышляли офицеры, а Галилей спокойно смотрел на Помпилио.