Онико выпрямилась в своем корсете.

– Не думаю, чтобы на Земле было так, Гарольд.

– Конечно, так! Я же тебе рассказал!

– Нет, не думаю. Когда мы оказались здесь, я проделала кое-какие розыски. Снизи! Дай мне мою капсулу; мне кажется, это у меня в дневнике.

Она взяла капсулу и склонилась к ней. Потом, с трудом распрямившись, сказала:

– Да, вот оно. Слушай. «Старомодная «ядерная семья» теперь встречается на Земле редко. Часты бездетные пары. Когда у родителей есть дети, оба родителя работают; есть и большое количество семей с одним родителем». Так что не все так, как ты говоришь, Гарольд.

Гарольд презрительно фыркнул.

– Дневник – детское занятие, – сказал он. – Когда ты его начала?

Она задумчиво посмотрела на него.

– Точно не помню. Еще на Колесе.

– Я тоже веду дневник! – воскликнул Снизи. – Ты мне как-то рассказала о своем, и я решил, что это неплохая мысль.

Онико нахмурилась.

– А мне казалось, что это ты мне рассказал, – заметила она. Потом сморщилась. – А сейчас мне хочется вернуться в спальню и полежать немного до обеда.

Я чувствую себя слегка виноватым, потому что приходится все время вас дергать (хотя, вынужден сказать, позже это придется делать сильнее). Мне кажется, что пора немного разобраться со временем. Все это происходило не тогда, когда мы с Эсси находились на Сморщенной Скале. Гораздо раньше. Еще когда мы с Эсси начинали обсуждать, стоит ли отправляться на празднование сотой годовщины на Сморщенную Скалу. Моя жизнь тогда казалась почти безмятежной. Я не знал, что приближается.

Конечно, дети тоже не знали, что приближается. Они занимались своими делами, то есть были детьми. Когда Снизи явился на обычный двухмесячный осмотр, медицинская машина была довольна: ей нечасто приходилось осматривать здорового хичи, с его двойным сердцем, почти лишенными жира внутренними органами и подобными веревкам мышцами.

– Все в норме, – сказала машина, одобрительно разглядывая результаты тестов. – Но кажется, ты не очень хорошо спишь, Снизи.

Снизи неохотно ответил:

– Иногда мне трудно заснуть. А потом я вижу сны…

– Да? – Машина приняла внешность молодого человека. Он успокоительно улыбнулся и сказал: – Расскажи мне об этом.