И только когда в котелке забулькало, а воздух наполнился ароматами почти готового блюда, меня освободили царским кивком головы и небрежным взмахом руки.

Вернувшись в кузню, застала кузнеца с сыном за ужином. Лара тихонько затаилась в углу в ожидании. К моему удивлению, Трофим с Мишкой подъели кашу из котелка дочиста. Ну и ну! Хорошо кушают, таких проглотов прокорми-ка ещё.

Снова собравшись в кузнице и посовещавшись, решили ковать кинжал, ради экономии времени, материала и магии, и, если будет результат, только после этого переходить на эсток. Мы снова окружили кузнеца, я старательно концентрировала своё внимание на будущем кинжале, всем существом надеясь вложить хотя бы частицу своей магии в этот предмет. Сейчас кузнец с головы до ног был окутан лёгким голубоватым сиянием белой магии, но рядом с кинжалом я не видела даже малейшего движения, это наводило меня на подозрение, что в этот раз тоже мало, что получится. Мои подозрения подтвердились. Кинжал вышел самым обычным. Мы втроём все громко разочарованно вздохнули.

Ну, не может быть, что всё искусство зачарования привязано к крови, такая объёмная отрасль магии не может зиждиться только на родственных связях! Я прям чувствовала, что ответ есть, и он очень прост, просто мне не хватает информации. Мы отпустили Лару отдыхать и набираться благости, поскольку она всю её безнадёжно слила в кинжал. Оставшись с кузнецом один на один, предложила ещё вариант, крутившийся у меня в голове с самого начала, лишь только речь зашла о крови, но вариант этот, вызывал определённые сомнения в моей душе. Когда я его озвучила, Трофим наклонился ко мне и подозрительно спросил:

— Ты точно светлая?

— Угу, светлая, не сомневайся! Могу и проповедь прочитать и в глаз засветить, в лечебных целях, — ухмыльнулась я.

— Ну и лекари пошли! — возмутился кузнец, притворно округлив глаза.

— Хороший лекарь не должен боятся испачкаться, но резать себя будешь сам! — нарочито уверенным голосом заявила я.

— Сам так сам, — безразлично пожал плечами он и полоснул своё левое плечо только, что выкованным кинжалом. Кровь так и брызнула, но прикоснулась я к ней лишь, тогда, когда Трофим начал ковать. Когда закончили работу, вся рука кузнеца была покрыта запёкшейся корочкой крови, поскольку он ещё несколько раз сдирал запёкшуюся корку на ране, и выглядело это жутковато. Я тут же использовала обычную магию лечения, наблюдая как кинжальный порез зарубцовывается на глазах. Маны не осталось, я уселась в углу на лавку, чтобы восстановление шло быстрее. Трофим протянул мне новый кинжал, свойства были открыты: