Как, собственно, не было и самой победы. Пусть им удалось проредить ряды «серых», но некоторые всё же разбежались и вполне могли вернуться. И что хуже всего: пока всё шло по плану их противницы: пусть никто не был ранен, а Хель так и не выдала себя, но уставшие и разбитые, они стали ещё уязвимее. Ещё пара таких атак и раху вообще не придётся что-либо делать — достаточно будет взять их голыми руками.

«Движение со стороны деревни», — как по команде отрапортовала Хель, ненадолго появившись у ворот и тут же исчезая в зеленоватом тумане.

— Кто-то приближается со стороны крепости, — добавила она, вынырнув из темноты рядом с Эйдоном и Анором, заставив последнего вздрогнуть от неожиданности и потянуться к оружию. Однако под взглядом Хель, словно бы удивлённым таким поворотом, гвардеец отказался от своей затеи.

— Ne, a kiim dije, — несколько томительных минут спустя раздался голос Нильсема.

— Они его заметили, — эхом отозвалась Хель.

Кристина тоже его заметила — юношу в дорогом камзоле, отороченным мехом, перевязанным богатым поясом с такими длинными хвостами, что ещё чуть-чуть и они принялись бы подметать улицу. Однако больше всего Кристину поразила его походка: он двигался неуверенно, пошатываясь и шаркая ногами, будто бы рывками — так, словно что-то с силой подталкивало его в спину. Когда юноша, наконец, вышел на свет, ей стало совсем не по себе: на бледном лице по очереди сменялось несколько выражений — от почти животного ужаса до недоумения, а затем и до полного безразличия, как если бы кто-то раз за разом прокручивал одну и ту же плёнку. В какой-то момент его сильно занесло, и он неуклюже повалился на землю; он поднял глаза на Кристину, и на какое-то мгновение взгляд его сделался чуть более осмысленным.

«Что ты здесь делаешь? Уходи отсюда!», — хотела было крикнуть ему Кристина, но юноша опередил её. Рот его раскрылся в немом вопле — но как бы он ни старался, ему не удалось выдавить из себя ни звука. Голова безвольно упала на грудь; поднялась вновь; по телу волной пробежала судорога. Из последних сил юноша подался вперёд, с мольбой протянул руку — но тут что-то осадило его, как если бы невидимая сила резко дёрнула за поводок. Что-то шевельнулось у него под рубахой, заставив Кристину похолодеть от ужаса.

Из-под ворота показалась худая пепельно-серая рука с невероятно длинными пальцами и угольно-чёрными ногтями и медленно потянулась к шее Бравила.

Глава 19. Связанные

Глава 19. Связанные

Бравил жалобно заскулил; ответом стало вкрадчивое «ш-ш-ш», как если бы любящая мать хотела укачать дитя на руках. Цепкие пальцы погладили юношу по щеке, осторожно провели по губам, скользнули по подбородку, нащупывая горло — а затем резким движением сомкнулись вокруг шеи. Скулёж сменился сдавленным хныканьем.