Глаза рёхо закрылись вновь, а Кристина сообразила, что следующий толчок вполне может стать для неё последним, поскольку она попросту свалится и самым бесславным образом свернёт себе шею, не дожидаясь встречи с рахом. Нужно было выкручиваться, причём самостоятельно, потому что Хель, будучи самым дисциплинированным существом на свете, вмешиваться не спешила.

Пользуясь относительной свободой, Кристина наклонилась вперёд и немного согнула ноги в коленях — а затем, не придумав ничего лучше, громко захлопала в ладоши:

— А ну пошли вон отсюда! Здесь вам ничего не перепадёт!

Птицы взорвались сухим шелестом, от которого по коже побежали мурашки и заныли зубы, и взвились в воздух, разлетаясь в разные стороны. Напоследок они всё же успели нанести последний удар, от которого ноги опасно шаркнули по доскам, а Кристина едва успела расставить руки в стороны, чтобы не потерять равновесие.

— В этом вашем мире есть хоть что-нибудь, что не попытается меня прикончить? — проворчала она, с облегчением отступая от края платформы. Ответа, разумеется, не было.

— Kiris! — негромко окликнули из темноты.

Кристина задрала голову, чтобы в последний раз взглянуть на кружащую над Формо стаю полупрозрачных птиц. Постепенно бумажный шелест и скрипы становились всё слабее — рёхо разлетались прочь, очевидно, найдя себе занятие поинтереснее. Кристина покачала головой и, не заставляя себя ждать, ловко сбежала по деревянному пандусу.

Внизу её уже встречал смертельно серьёзный Мартон, опирающийся на то самое, копьё, которое она совсем недавно вручила кому-то из гвардейцев. Без лишних слов он вложил древко ей в руку и крепко сжал ладонь Кристины своей. Жест говорил сам за себя: держать оружие при себе и не терять ни при каких обстоятельствах. Убедившись, что она усвоила эту нехитрую мысль, Мартон ободряюще кивнул и направился к воротам.

Как раз вовремя: из темноты уже доносились тяжёлые шаги, звуки падающих на землю и поднимающихся тел, шелест и треск ткани — и какой-то жуткий хруст, о происхождении которого Кристина предпочла бы ничего не знать. Оживившее некстати воображение предположило, что с таким звуком могут выкручиваться суставы. В какой-то момент всё стихло; гвардейцы встали наизготовку: Эйдон с выставленным перед собой копьём с широкой перекладиной под наконечником, Мартон чуть сборку с обнажённым мечом наготове. Кристина глубоко задышала ртом, чувствуя, что ещё немного и она попросту задохнётся от волнения, но всё же нашла в себе силы последовать их примеру.

А затем, без какого-либо сигнала, «серые» хлынули через ворота.