— Не смей! — вскричал Раапхорст. — Там мой брат! Этим ты убьёшь его!

— Едва ли в катакомбах их завалит обломками наивысшей точки, — сдавленно отозвался Сфорце. — Впрочем, теперь, без Резы… Есть ли теперь смысл дорожить крупицами силы, когда основная её масса потеряна?

Орёл возник за спиной Эйриха, не дав тому договорить. Мужчина не успел защититься, и когтистая лапа отбросила его в сторону. Ударившись спиной о металлический остов одной из установок, эовин издал крик и тотчас, словно поддерживаемый невидимой рукой, застыл в воздухе, в нескольких метрах над землёй.

— Как же ты добился этого? — осклабившись, прошептал Сфорце. — Что произошло здесь, из-за чего твоя сила так возросла? Я своими глазами видел твою гибель, а раз так, то… Нет!

Осознание чего-то ужасного заставило Эйриха замолчать, и орёл атаковал снова. Он издал вибрацию и та, адской волной, накрыла бледного эовина. Словно вихрь, она закружила Сфорце в невидимой воронке, и тот впервые почувствовал, что ему угрожает опасность. Вскинув руку, он заставил вихрь успокоиться и вскоре полностью нейтрализовал его, но Эрез продолжал сражение. Его гнев был страшен, и, посмотрев в его глаза, бледный эовин понял, что едва ли чудовище отпустит его живым.

— Перед смертью он успел синхронизироваться с базисным уровнем, — прошептал Эйрих. — Но едва ли это принесёт ему победу.

Пока бледный эовин сдерживал атаки орла и отвечал на них, Евгений заметил, как вдали, из под земли, поднимаются две фигуры. Черноволосый мужчина догадался, что под бетонными плитами парка находится подземный проход, и мысль эта заставила Раапхорста встрепенуться.

— Пойдём, — сказал он, обращаясь к Леону. Тот кивнул, и друзья торопливо зашагали к неизвестным, вышедшим из катакомб. То и дело, эовинам приходилось оглядываться на Сфорце, но тот был так погружён в битву с двуглавым орлом, что, кажется, позабыл о своих пленниках. Вскоре они приблизились к людям, покинувшим подземелье. Их встреча состоялась у восточного корпуса «Кригард», и Евгений, вглядевшись в лица странных людей, испытал страх и счастье одновременно. С одной стороны, теперь он знал — его брат жив, и он не повинен в его смерти. Но с другой… Когда Максим, чертовски удивлённый и обрадованный, хотел было подбежать к брату, его спутник, облачённый в чёрные одежды, остановил его. Враги по-прежнему были рядом, и потому счастье Евгения было условно.

— Инстернис… — злобно прошептал Леон, узнав бывшего военного Дексарда. — значит, мы не ошиблись. Ты стал рабом этого чудовища!

— О, я не раб, — рассмеялся мужчина. — Я всего лишь захотел возвыситься, и госпожа Тиен любезно согласилась помочь. Сначала я достигну её уровня, а затем… Едва ли вы поймёте, а потому не судите о том, чего не в силах постичь!