Алексей не стал скрывать страшную информацию от соратников, казаки должны знать, против какого безжалостного врага предстоит выйти сражаться. Решено было взять из парагвайских запасов сто тысяч противогазов, которые запасливый Андрюха ещё в начале двадцатых годов выкупил по дешёвке у проигравших войну немцев.

Помимо подготовленной тысячи абиссинских офицеров, на африканский фронт решили отправить сдружившихся с ними инструкторов. Все три тысячи офицеров были вооружены автоматическими «парагвайками», а индейцы ещё и винтовками с оптическим прицелом. Для усиления абиссинской группировки войск из Южного Конго отозвали ещё полтысячи индейцев–снайперов, уже имеющих опыт боёв в африканских джунглях. Кроме того, сразу в Абиссинию дирижаблями перебрасывалась тысяча снайперских винтовок, ими планировалось вооружить охотников, которых подготавливали уже ранее заброшенные в империю казаки–индейцы. Ещё пятьсот индейцев–разведчиков готовились к отправке вместе со сторожевыми собаками, обученными сапёрному делу. Универсальные собаки уже показали свою эффективность в Чакской войне, они и мины обнаруживали, и врагов чуяли издали, а многие ещё умели вести разведгруппу по чужому следу.

Итого, в начале 1935 года в Абиссинию предстояло перебросить, вместе с гражданскими мастеровыми, пять тысяч специалистов. Также требовалось доставить партию новейших зенитных орудий калибра восемьдесят пять миллиметров. Правда, пушки были пока без электропривода наведения ствола и не на автомобильном шасси, но для защиты стратегических заводов от авианалётов сойдут и такие дальнобойные «недоделки». Ещё необходимо было как–то протащить в Абиссинию несколько вагонов с боевыми ракетами для автожиров.

— Боюсь, что весь груз и персонал застрянут в порту Джибути, — высказал Алексею резонные опасения начальник разведки. — Лига Наций настаивает на мирном разрешении конфликта между Эфиопией и Италией, поэтому нейтральным странам рекомендовано не поставлять оружие обеим сторонам.

— Италия и так без чужих поставок обойдётся, — раздражённо фыркнул Алексей.

— Вот именно, — печально вздохнув, развёл руками Кондрашов. — Таковы особенности мировой политики невмешательства.

— Ладно, мы тоже будем играть по «мировым» правилам, — сквозь стиснутые зубы прошипел владыка Парагвая. — Эдуард Петрович, готовь дипломатическую миссию в Абиссинию. Я лично возглавлю… представительную делегацию.

— Всей толпой повалим через парадный вход? — криво усмехнулся Кондрашов и, зная анархистские повадки атамана, пожалел иноземцев: — От порта Джибути хоть что–то останется? Не хотелось бы ещё и с французами ссориться.