— Тише!

Призывая всех к спокойствию, Сержант, стоящий на своем возвышении, как судья на трибуне, поднял правую руку вверх. «Ему только судейского молотка и мантии не хватает», — подумал я, но все же мне было интересно услышать, о чем он скажет.

— В запасе у нас от силы месяц, потом те зараженные уроды доберутся сюда. Надежды на то, что наши задницы будут спасать военные нет, поэтому мы должны позаботиться о себе сами.

— Верно! Правильно говоришь, Митчелл! В жопу военных! — раздались отовсюду одобрительные возгласы.

— Итак, вот что я предлагаю, — обведя присутствующих неторопливым взглядом, продолжил он. — К черту попытки попасть в лагерь. Мы должны объединиться и держаться вместе, но проблема в том, что нас тут слишком много. Притом с нами одинокие женщины и дети, о которых тоже кто-то должен позаботиться, а потому я считаю, что пора оставить эту станцию и поискать другое, более надежное укрытие.

Он замолчал и снова обвел всех по очереди испытывающим взглядом. Многие согласно ему кивали и выкрикивали слова поддержки, однако были и те, кто стоял в угрюмом молчании.

— Завтра я, Чарли и ты, Эдвардс, будем шерстить город в поисках укрытия, которое сгодится для такого количества людей, — вновь заговорил он. — Нет возможности попасть в лагерь, защищенный военными, значит создадим его сами!

— Это все замечательно, но где мы найдем укрытие, Митч? То, что могло бы сгодиться, давно занято. Мы должны остаться здесь, — выкрикнул кто-то из сторонников жизни в метро.

— Тут полно лазеек, которые мы не в состоянии контролировать и охранять, Моррис. Туннели мы завалили, но этого недостаточно. К тому же отсутствие водопроводной воды делает невозможным прятаться здесь долгое время, — спокойно возразил Сержант. — Как я уже сказал, мы трое ищем подходящее укрытие, а ты и еще шестеро добровольцев перетряхивают все закоулки в поисках припасов и оружия. Тащите сюда все, что может сгодиться в качестве еды, топлива, стройматериалов и защиты. Остальные охраняют эту станцию от чужаков и, если потребуется, дают отпор. Мародеров сейчас везде полно. Все ясно? Вопросы?

— Какие тут вопросы? — смерив остальных тяжелым взглядом, спросил грузный мужчина в возрасте за сорок. На его грубом лице с сильно выделяющимся мясистым носом отражалось выражение флегматичного спокойствия. — Митчелл дело говорит. А если кто не согласен — проваливайте. Мы никого держать не будем.

— Спасибо, Эдвардс, — кивнул ему Сержант. Похоже тот приходился ему кем-то вроде правой руки. — Эй, приятель, откуда к нам пожаловал?

Поняв, что он обращается ко мне, я поглубже засунул руки в карманы джинсов и спокойно ответил: