Глава 44

Все случилось внезапно. Они добрались к нам глубокой ночью двадцать восьмого февраля, когда на темной материи неба проглядывали миллиарды неподвижных звезд и там же тускло мерцал узкий огрызок убывающей луны. До их появления вокруг было очень тихо — неугомонный ветер и тот в дремотном бездействии присмирел меж голых ветвей окружающего дом сквера.

За прошедшие недели мы настолько привыкли к постоянному ощущению опасности, что эта морозная ночь всем нам казалась обыденной и абсолютно спокойной. Никто из нас не был готов к их приходу. Терри вместе с другими детьми и женщинами спала в просторном помещении столовой, а я, как обычно, дежурил в холле. В свои комнаты на ночь давно уже никто не поднимался — их использовали только днем, в темное же время суток все жались поближе друг к другу.

Между несущими дежурство мужчинами шел тихий, неторопливый разговор, когда около часу ночи что-то с силой стукнуло во входную дверь. Этот стук вмиг оборвал все недосказанные фразы, прекратил шорохи, издаваемые движениями скученных тел и, казалось, даже остановил дыхание.

— Что это? — непроизвольно сорвалось с моих помертвевших губ.

Словно под действием криогенной заморозки, все мои внутренние органы в один миг застыли и превратились в лед. Вопрос был адресован сидящему рядом со мной Митчеллу и произнесен настолько тихим шепотом, что я и сам его еле расслышал.

— Не знаю, — так же едва разборчиво прошептал он, но тотчас немного прибавил громкости, чтобы его могли расслышать остальные: — Чтобы ни звука, все поняли?

В ту же секунду стук повторился с новой силой, но теперь к нему прибавился еще и удар в окно. Потом еще один. И еще.

Сквозь гулкие толчки в стиснутой страхом груди я различил мерный, шаркающий звук, а следом за ним до боли знакомое бульканье и взвизги. Это зараженные твари терлись о кирпичные стены дома. Теперь я уже ясно слышал, как натыкаясь на заграждения из строительных лесов, они подходят все ближе к двери, и как бестолково сталкиваясь друг с другом, топчутся на пороге. Судя по звукам, их было много.

— Они здесь, — прошептал я. — Если будем сидеть тихо, возможно, они уйдут.

Неожиданно раздался одинокий надсадный крик, от которого в венах у меня застыла кровь. Он резко перешел в пронзительный звенящий визг и словно призывал тварей к какому-то действию. Следом грянул новый удар в дверь. На этот раз он был столь мощным, что на мгновение мне почудилось, будто сейчас она распахнется и в дом хлынет нескончаемый поток зараженных.

— Чарли, Дэниелс, идите в столовую, — распорядился Митчелл. — Проследите, чтобы никто из детей и женщин не поднял шума. И пусть будут наготове. Все должны быть одеты, если придется бежать.