Свою порцию я уже прикончил и теперь с наслаждением пил кофе. Лора сидела рядом с Терри, молча кусала яблоко, разглядывала окружающую нас толпу и прислушивалась к разговорам. Как карканье налетевшей вороньей стаи, отовсюду неслись обрывки фраз, споры, детский плач и иногда даже смех. Разобрать что-либо из общего гомона было почти невозможно.

Трэвис, пока вел нас от госпиталя к зданию жилого корпуса, успел немного рассказать о внутреннем распорядке и местных правилах. Отбой в лагере наступал в одиннадцать вечера, подъем не позже семи утра. Помимо того, каждый живущий в его стенах должен был приносить общественную пользу и выполнять различную работу.

Так, хорошо, если ты являлся, к примеру, рыбаком, механиком, электромонтером, слесарем, поваром или врачом — эти профессии были востребованы. Но куда хуже дела обстояли у продавцов, менеджеров, риелторов, бухгалтеров, банкиров и всех прочих офисных работников. Им было сложнее найти применение, поэтому зачастую они занимались уборкой территорий, отправлялись помощниками на кухню и в другие подсобные помещения или, что хуже всего, на звероферму, где держали свиней и птиц.

Сразу после завтрака я планировал спуститься вниз, чтобы отыскать начальника гаража и поинтересоваться, какую работу он сможет мне поручить. Мне до одури хотелось взяться за какое-нибудь дело. Руки давно уже соскучились по инструменту, а голова по порой сложным, но увлекательным задачам выявления и устранения поломок, да и в целом я тосковал по особому запаху гаражной мастерской.

Лора тоже собиралась разыскать сектор, в котором находились детские группы. Терри она пообещала взять с собой, а той, конечно, не терпелось поскорее завязать новые знакомства и все кругом осмотреть. Щурясь от наслаждения или скорее от кислого вкуса, она как раз доедала яблоко и между делом разглядывала соседей по столу.

Я уже допил кофе и терпеливо ждал, когда она с ним расправится. До конца завтрака у нас оставался запас времени, поэтому я ее не торопил. Терри все еще с интересом крутила головой, как вдруг прекратила жевать и со странно вытянувшимся лицом пролепетала:

— Папа, там Марта…

— Что?.. — произнесенная ею фраза меня оглушила. Ощутив, как по телу волной прошла судорога, я принялся лихорадочно озираться вокруг себя. — Где? Терри, я не вижу! Где?

— Да нет же, — привлекая мое внимание, она вытянула вперед правую руку, — ты не туда смотришь! У входа! У самого входа!

Посмотрев в том направлении, я увидел четырех мужчин в военной форме и рядом с ними девушку с короткими темными волосами. Она стояла к нам спиной. На ней были свободные штаны защитного, болотно-зеленого цвета, простая черная футболка и… она совсем не походила на Марту.