Гаор устало, через силу закончил возиться с «коробочкой» и стал убирать инструменты. Заправит он её завтра. И всё остальное завтра, а сейчас ему надо лечь. А там пусть хоть запорют. Снять комбинезон, вымыть руки, выключить свет, задвинуть дверь. Всё, на сегодня он всё, кончен.

Снег то ли стаял, то ли убрали, ну да, когда он мотоцикл пробовал, снега уже не было, аггел, что же с ним такое, раньше он так не уставал. Но… он остановился посреди двора и, закинув голову, нашёл знакомые созвездия, луну… круглый диск отчуждённо ударил ему в глаза холодным белым светом… «Мать-Луна» — беззвучно шевельнул он губами и понял: его не простили и не простят. Не прощает Мать-Луна, хозяйка зачатий, насилия.

— Рыжий! — дверь распахнулась, бросив на мокрый бетон жёлтый прямоугольник света. — Иди ужинать.

— Да, госпожа Ларга, — равнодушно ответил Гаор.

В кухне он уже привычно сразу сел к столу, где его ждала тарелка мясного обжаренного фарша, на этот раз с макаронами, тарелка с бутербродами и кружка горячего сладкого чая. К концу ужина его немного отпустило. Всё-таки… живой о живом думать должон. И жизнь тошна, а милее смерти. И заметив вдруг, что думает-то он по-нашенски, нашенскими словами, не выбили из него, не смогли! — невольно улыбнулся и затянулся с давно неиспытанным наслаждением. Докурив, встал помыть посуду, а вымыв, обернулся и…

У стола стояла Нисса с тетрадкой и учебником.

— Так, Або, — строго сказала она. — Ты поел, отдохнул, теперь работай.

— Нисса! — укоризненно покачала головой Ларга.

— Ну, тётя! — Нисса улыбнулась ей и озорно, и умоляюще. — Может, я его проверить хочу. Может, он вчера только хвастал, ну, заучил на память пару фраз, как попугай, и всё, а тут…

«Тут умственность нужна!» — весело сказал про себя Гаор, снова садясь к столу, куда Нисса уже положила учебник, тетрадь и ручку. Не справиться он не боялся. Что-что, а физику он знал и любил. Помнится, за Жука решал, хотя нет, Жук в училище уже на курсы пришёл, там общеобразовательных не было, нет, это у них на солдатском не было, а на офицерском была, с приставкой спец, и Жук плыл с бульканьем, а он ничего… «Эх, Жук, как же ты, нет, это как же я, а ты… ты хоть перед людьми, хоть перед Огнём чист…» Но эти, мгновенно проносившиеся в сознании мысли и воспоминания не помешали ему прочитать задачу, вспомнить все необходимые формулы, быстро записать и оформить решение.