— Займёшься «коробочкой», что-то мне мотор не нравится, как воет. Потом мотоциклы, не забудь.

— Да, мой господин, — невольно вздохнул Гаор.

Мотор не так воет — это ему не на период и даже не два работы, мотоцикл освоить ещё, а там и… но следующие слова Венна немного успокоили:

— Гоночную без меня не трогай, не твоим лапам там орудовать. А сейчас обедать иди.

С этими словами он сел в легковушку и вылетел из гаража, развернувшись с удивившей Гаора ловкостью. Надо же, тихушник, а водила лихой. И вообще, похоже, разбирается. Так что с «коробочкой» придётся всерьёз. Но сейчас велено идти обедать, а такие приказы надо быстро выполнять. Пока «отставить!» — не скомандовали.

Гаор быстро снял и повесил комбинезон, тщательно отмыл руки, выключил свет, задвинул дверь — чтоб эта Ларга ни к чему не прицепилась и не погнала обратно по-вчерашнему — и побежал через двор к кухонному крыльцу, предвкушая еду, сигарету и недолгий отдых.

Но в кухне его ждал не только накрытый, как и вчера, стол, но и эта аггелова девчонка.

— Садись и ешь, — улыбнулась ему Ларга.

— Спасибо, госпожа Ларга, — искренне ответил Гаор, усаживаясь к столу.

— Або, когда входишь, надо здороваться, — строго сказала Нисса.

Гаор уже набил рот салатом и потому проигнорировал её на почти законном основании.

— Нисса, — строго сказала Ларга. — Иди к себе.

— Ну, тётя, — не уступила Нисса. — Кто-то же должен его воспитывать, учить цивилизованному поведению.

— У него для этого есть хозяин, — рассмеялась Ларга. — Вот вырастешь, окончишь гимназию, удачно выйдешь замуж, муж купит тебе рабыню, её и будешь воспитывать.

— Но мне же надо тренироваться! — капризно возразила Нисса.

— Нисса! — Ларга явно начала сердиться. — Он ведёт себя вполне цивилизованно, и не лезь не в своё дело. Иди, займись уроками.

Под их перепалку Гаор закончил салат и перешёл к супу, густому, горячему и мясному. Эх, были бы они обе клеймёными, он тогда, конечно, и побалагурил бы с ними, и поблагодарил бы от души, а так… шли бы они отсюда и не мешали. Ведь не даст аггелова пигалица ни поесть нормально, ни покурить.

— Або, — вдруг спросила Нисса уже другим тоном, с искренним интересом. — А ты чего ночью кричал?

Гаор поперхнулся последней ложкой супа и закашлялся.

— Нисса, это совсем не твоё дело! — вспылила Ларга. — Оставь его в покое и немедленно иди к себе!