Он подошел к исходившему в стонах старику и укрыл его затылок своей ладонью. Глаза Посланника вновь вспыхнули, и в следующий миг Яромир закричал, снедаемый разрывающей изнанку болью. Голова деда задымилась, седые волосы испарялись, словно снег на солнце. Застыв в ужасе, Ярослав не мог отвести взгляда от чудовищной расправы. Неужели это конец?

Посланник воздел руки над головой, приготовившись утопить комнату в смертельном огне, когда в двери ворвался один из дикарей. Он согнулся в глубоком поклоне и поспешил сообщить:

– Мой вождь! Мхаграй Мария прибыла. Просила передать, что у нее то, что вы давно искали!

– Только Мария? Я встречу ее в главном зале, – велел Посланник, стремительно покидая комнату. – Бросьте этих гнид в клетку, я займусь ими позже.

Ярик попытался встать, но новый удар по голове отправил его в объятия тьмы и одиночества. Последним, о чем он успел подумать, было услышанное им имя.

Мария.

Побег

Побег

Ярослав очнулся следующим утром. В тени монастырской горы, возвышавшейся над городом, не было видно рассвета. Холодная туманная дымка окутала землю, проморозив юношу насквозь. Он попытался пошевелиться, но понял, что связан по рукам и ногам.

С трудом разлепив заплывшие глаза, Ярик огляделся. Он лежал в клетке, много больше предыдущей, стоявшей во дворе храма у крепостной стены. Рядом, сотрясаемый приливами боли, корчился Яромир. Его руки по-прежнему были обвиты цепями. Старик побледнел еще сильнее, став похожим на мертвеца. Обожженная кожа болталась лоскутами, и уже начала гнить. Полусгоревший череп выглядел и того ужаснее. Если деду не помочь, долго он не протянет.

Изловчившись, он сумел сесть, и принялся рассматривать творившуюся вокруг суету. Туда-сюда носились дикари, многие из которых облачились в кольчужные и кожаные панцири. Их шлемы были украшены красными кисточками и хвостами разной длины, чем они выделялись на фоне остальных полуголых солдат. Ярик догадался, что это не обычные воины. Они явно находились на высоких постах в армии Орды, военачальники или полководцы. Завидев их приближение, обычная пехтура разбегалась, бросала свои дела и склонялась в поклоне.

Войско собиралось выступать. Солдаты, наравне с обычными рабами, таскали ящики и снаряжение, уводили коней, выносили ценности из храма. Что-то назревало. Ярослав подозревал, что это связано с его рассказом об охотнике Тане. Укол совести поразил его в самое сердце. Похоже, скоро среди жертв этой беспощадной охоты за фигурками прибавится еще одно имя.